Бумаги Иисуса стр. 10
и поддерживала Церковь, и особенно мифы об Иисусе Христе. Модернисты также резко выступали против централизации власти и сосредоточения ее в Ватикане. Особенно влиятельным движение модернистов было в Париже, где с 1852 по 1884 год должность директора семинарии Сен-Сюльпис занимал либеральный ирландский теолог по имени Джон Хоган.
Хоган приветствовал и открыто поощрял исследования модернистов в своей семинарии. Каноник Лиллей говорил о том, что влияние именно этого человека подтолкнуло его к модернизму[9]. Многие из семинаристов Хогана посещали лекции ассириолога и знатока древнееврейского языка отца Альфреда Луази, известного модерниста и директора Католического института в Париже.
Поначалу Ватикан не выказывал беспокойства. Новый папа Лев XIII (он был избран в 1878 году и занимал Святой престол вплоть до 1903 года) был уверен в прочности позиций Церкви и даже допустил ученых в архивы Ватикана. Но он не подозревал, что открытия исследователей в конце концов поставят под сомнение догматы Церкви. Вскоре ему стало ясно, что наука представляет серьезную угрозу самой основе Церкви. В 1903 году, незадолго до смерти, папа Лев XIII решил возместить причиненный ущерб. Он основал Папскую библейскую комиссию, которая должна была надзирать за работой теологов и следить, чтобы они не отклонялись от учения Церкви. Комиссия имела тесные связи с инквизицией, и во главе этих учреждений стоял один и тот же кардинал.
Для всех было очевидно, что опасность заключена в словах отца Альфреда Луази:
«Иисус провозгласил приход Царства Божия, а пришла Церковь»[10].
Как и многие другие модернисты, Луази был убежден, что достижения исторической науки больше не позволяют поддерживать многие догматы церкви: положения о том, что Церковь основана Иисусом, а также непорочное зачатие и божественное происхождение — то есть божественную сущность Иисуса[11].
Видный британский модернист Джордж Тирел выступал против жесткой автократической власти Ватикана.
«Церковь, не должна быть официальным Институтом Истины»[12].
Разумеется, Церковь видела себя именно в этой роли.
Модернисты задавали неприятный и дерзкий вопрос: что делать, когда история или другая наука вступает в противоречие с церковными доктринами? На этот прямой вызов Церковь отвечала тем, что еще больше отгора живалась стеной из догм: любое сомнение разрешалось утверждением, что Церковь всегда права — в любых обстоятельствах и по любому вопросу.
В 1892 году преемник Хогана на посту директора семинарии Сен-Сюльпис запретил студентам посещать лекции католика-модерниста Альфреда Луази. Через год Луази лишили права преподавать в Католическом институте, а затем его отлучили от Церкви. Ватикан отстранил от должности или отлучил от Церкви многих модернистов, а их работы были включены в список запрещенных книг. В 1907 году папа Пий X официально запретил движение модернистов, и 1 сентября 1910
года от всех священников и преподавателей теологии потребовали принести клятву в отказе от модернизма. Чтобы вечно меняющийся внешний мир не вторгался в деликатные теологические материи, студентам семинарий и богословских факультетов запретили читать газеты.
Однако до 1892 года в семинарии Сен-Сюльпис царила пьянящая атмосфера творчества. Это был храм науки, построенный на пытливости и любопытстве. Этот дух поддерживался неиссякающим потоком новых переводов древних текстов, а также археологических открытий. Именно в этот период каноника Лиллея пригласили в Париж взглянуть на документ или документы, содержащие неопровержимые доказательства того, что Иисус был жив в 45 году н. э. Познакомившись с этим уровнем научных исследований, Лиллей неизбежно