Бумажные кости стр. 32
мулы, вполне справитесь сами.
— Но…
— Я у машины побуду, — продолжал старый моряк. — Ничего, юноша, я в вас верю. Справитесь. Только не копайтесь тут, гребешок в анчоусах! Я ждать долго не собираюсь. Мне еще с трупом возиться.
Фласк зло посмотрел на компаньона. Что ни говори, но механик совершенно не умел вести деловые переговоры.
Глава XXII
Фласк уходит за помощью
— Нам нужна помощь, — сказал Фласк наконец.
Череп оказался совершенно неподъемным. Два не самых сильных человека, отвесные стенки бассейна и металлические прутья лестницы — не самый лучший вариант, чтобы вытягивать тяжеленную костяную махину. Они провозились больше четверти часа, но за это время смогли лишь немного развернуть череп. Остановились перевести дух, тогда певец и завел разговор о помощи.
— Ага, нужна. Только где мы ее возьмем?
— Я сейчас вернусь, — сказал Фласк.
— Подожди! — механику совсем не хотелось остаться наедине с мертвым левиафаном.
— Я обернусь в момент, друг мой. Не беспокойтесь.
Момент растянулся на долгие годы. Или даже столетия, как стало казаться Планкету. Он осторожно, стараясь не шуметь, выбрался из бассейна и остановился на краю. Сердце колотилось так, словно он за раз выпил полсотни чашек крепчайшего кофе.
Над головой тихо покачивалась лампа; рваная тень абажура волочилась по полу, добиралась до стены, потом ползла обратно. Странный маятник из желтого света… Вдалеке часы на кафедральном соборе пробили четверть одиннадцатого, затем, с легкой заминкой, это же время отзвонил механизм на площади песочных часов. Скоро начнется Праздник. Планкет поежился.
Он с утра не ел, а чай с ромом, кажется, был в другой жизни. Кроме того механик замерз, как собака. В ботинках хлюпала вода, — так недалеко и до воспаления легких. Стоило, наверное, снять обувь и хотя бы отжать носки, но он так и не решился. В любой момент мог вернуться Фласк — с помощью или без. Но что хуже — могли появиться морлоки или «мученые». А тогда даже промокшие ботинки были бы совершенно незаменимы. В отличие от Фокси, Планкет не мог бегать по снегу босиком.
— Друг мой! — прозвучал издалека знакомый голос.
Механик вздрогнул.
К счастью, это оказался всего лишь Фласк. Как ни удивительно, певец вернулся не один. А Планкет даже не надеялся, что затея компаньона увенчается успехом. Где в такое время ему удалось найти помощника — оставалось загадкой.
Вслед за Фласком вперевалку шел громила в брезентовом плаще. Капюшон плаща был низко опущен, полностью скрывая лицо — лишь белки глаз поблескивали из темноты.
Планкету стало не по себе. Не белки глаз! Один. Добровольный помощник был крив — как и левиафан, которого ему предстояло вытаскивать из бассейна. Хорошенькое совпадение…
— Знакомьтесь, — певец взмахнул рукой. — Норман Планкет, гениальный механик. И господин ээ… пожелавший остаться неизвестным.
— Добрый вечер, — сказал Планкет. Голос дрогнул.
Громила что-то пробурчал в ответ — вполне доброжелательно. Но Планкету так и не удалось разобрать ни единого слова, точно рот нового знакомого был набит кашей.
— Тут у нас небольшая проблема, — сказал Фласк. — Видите, друг мой?
Добровольный помощник огляделся, задирая голову. Руки у его были здоровенные, а из-за того, что громила сутулился, казалось, что огромные ладони свисают до самых колен. Было в нем что-то от дикого животного. Может игра воображения, но Планкет отчетливо услышал сильный звериный