Библиотека

Былинка-жизнь стр. 128

Размер шрифта
-
+
Тема

другу конным копейщикам, а самое главное: выделили круг поединщиков-меченосцев, сражавшихся пешими. Выходить на свежий песок дозволялось только участникам, пересекать его — только распорядителям состязаний. В прежние годы, когда Имоджин в составе королевской семьи присутствовала на ристаниях, она с братьями-принцами заявлялась сюда пораньше, повисала на ограде из жердей и видела, как служители выносят из сараев струганые скамьи, которые в течение года натирали маслом — для важных персон. Над ними воздвигали навес из ткани в сине-желтую полоску, на сами скамьи для удобства раскладывали коврики и подушки. Те, кто попроще, довольствовались досками, положенными на козлы и устланными домоткаными половиками во избежание случайной занозы в нежном месте. Чернь же и вовсе стояла на своих двоих по тремсторонам квадрата. Мальчишки жалели, что не могут, как их ровесники, остаться здесь, вплотную к жердям ограждения, так чтобы всадники на разгоряченных конях проносились прямо на расстоянии вытянутой руки, обдавая зрителей разлетающимся песком и пеной с удил.

Потом они и сами сшиблись тут несчетное число раз.

Но это было давно. Что говорить, тогда и солнце светило ярче. Эпоха, когда время тянется бесконечно, осталась в детстве. Сегодня все, кто явился сюда, ждали явления царственной пары, и Олойхор полностью исчерпал возможности права появиться последним.

— Вытащи глаза из пола, — сказал он ей,

дернув для убедительности за руку. — Гляди кругом!

Имоджин поглядела и ахнула про себя. Из тех, кто снизу вверх смотрел на царственную чету, она почти никого не узнавала. Чужие лица. Из тех, кого приблизил к себе Клаус, не было практически никого. Разве что тот… и вон тот, под руку с незнакомой женщиной. Должно быть, из тех, кто при прежнем короле тщетно ожидал при дворе милостей. Клаус доподлинно знал, кто чего стоит. Не тех Олойхор отличает, не тех.

Но зато кодла вся при нем, Дайана с гонором теневой королевы. Карна с грудями, как у кормилицы. Циклоп, величественный и страшный — опора власти. И Шнырь при них — мелкой сволочью. Те, кто знает истинное положение вещей. Те, кто держит в руках самого короля.

— Так лучше, — удовлетворенно произнес над ее ухом Олойхор.

Спокойно, с совершенно ясной головой Имоджин досмотрела до конца состязательную программу. Страсти возбужденной толпы не задели ее даже краем плаща.

Действующие лица исполняли свои роли с подобающим энтузиазмом, лучники бранились между собой, кони оставляли на песке дымящиеся кучи, витязи волтузили друг дружку, покуда была сила держаться на ногах. Публика рукоплескала, и на этих волнах Имоджин раскачивалась, будто стоя на доске. Детская память о годах, проведенных у моря, сохранила воспоминания о чудаках, катавшихся на приливной волне, испытывавших странный, за гранью понимания восторг при виде надвигающейся водяной стены. Так примерно она себя и ощущала все то время, пока длились ристания, солнце перемещалось по небосводу, а вместе с ним ползла и тень, отбрасываемая навесом на скамьи.

Еще ее поддерживало знание ритуала. На господское возвышение Имоджин проследовала перед своим королем и господином. Чтобы спуститься обратно, вниз, пришлось бы миновать его. Именно это ей и придется сделать: как Госпожа ристания — ведь состязания проводились в ее честь — королевская невеста должна была возложить венок на победителя в схватке благородных. Вот и победитель уже готов: пошатываясь от усталости,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.