Библиотека

Чада в лесу стр. 16

Размер шрифта
-
+
Тема

даже если так, даже если это самое верное средство, уж он-то этого делать точно не собирался. Он подал знак Вайну, и они отошли как можно дальше от Катрины и ее никудышного мужа, остановились у стеклянной двери, выходящей в каскадный сад, за которым все было затоплено.

Катрина стала всхлипывать, Дейд спросил:

— Не могли бы вы принести стакан воды?

Вайн пожал плечами, но за водой все же отправился. Он смотрел, как Катрина давится водой и отталкивает стакан, пока она не выплеснула остатки, метя в него. После этого ей, казалось, немного полегчало, и она откинула голову на подушку. Вексфорд, воспользовавшись ее молчанием, попросил Дейда показать ему детские комнаты.

— Я не могу оставить ее, разве вы не видите? Придется вам самим их искать. И потом, как только она замолкнет, мне надо будет ехать на работу. Вы ведь не против? Разрешаете?

— Грубый мужлан, — сказал Вайн, когда они поднимались по лестнице.

— Ну, скажем так, ему со многим приходится мириться, — усмехнулся Вексфорд. — Делай на это скидку. Не могу поверить, будто с этими детьми случилось что-то ужасное. А может, стоило бы? Может, это поведение их матери заставляет меня думать, что ничего не произошло? Я ведь могу сильно ошибаться, так что нам предстоит действовать так, будто я ошибаюсь.

— Сэр,

возможно, это потому, что пропали трое. Трудно поверить в исчезновение троих. Конечно, если их не взяли в заложники. — Вайн вспомнил, что однажды жена Вексфорда оказалась одной из заложниц в том кингсмаркэмском деле, которым полиция тоже пренебрегала. — Уверен, с ними этого не произошло, а вы как думаете, сэр?

— Очень сомневаюсь.

Вероятно, намек на похищение, которое они не принимали всерьез, заставил Вексфорда осознать, что рано или поздно газетчики узнают обо всем. Он содрогнулся при одном только воспоминании о бесцеремонном вторжении в его частную жизнь, о бешеной атаке редактора «Кингсмаркэмского курьера» Брайана Сент-Джорджа, которую ему удалось отбить лишь с большим трудом.

— Это комната мальчика, сэр, — сказал Вайн. — Кто-то здесь как следует прибрался, и вряд ли это сделал пятнадцатилетний подросток, даже если он и религиозный фанатик.

— Вряд ли мы должны думать о нем так, Барри. Во всяком случае, не сейчас. Возможно, сразу после осмотра тебе придется навестить старую католическую церковь и порасспросить там об этих приверженцах истинного Евангелия, не говоря уже о том, чтобы узнать, был ли у них мальчик в воскресенье.

Спальню подростка обычно отличают плакаты на стенах и обязательно — что-нибудь, связанное с музыкой. В наши дни это еще компьютер с доступом в Интернет, принтер. Как раз они в комнате Джайлза Дейда были — но ни малейшего намека на плакаты или магнитофон. Почти ни малейшего. Вместо постера с изображением поп-группы, какого-нибудь спасителя рода человеческого или футбольной звезды на стене над кроватью Джайлза была прикреплена репродукция, без рамы и в натуральную величину. Картину Вексфорд узнал сразу — «Иисус благословляет хлеб и вино» Констебля.

Это ему не понравилось. Потому, наверное, что здесь такому сюжету не место. Не сама по себе картина ему не понравилась, конечно (хотя он и считал, что лучшее выражение гения Констебля — пейзажи), а то, где он ее увидел и кому она принадлежала. Интересно, что на это скажет Дора, регулярно посещающая

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.