Чада в лесу стр. 33
Вексфорд так совсем не думал. Если выражение in vino Veritas правдиво, то вполне можно его переиначить — in miseria Veritas, истина в несчастье. Но вслух он этого не сказал. Он увидел, как Линн снова встала на колени, опершись о пол руками, но сейчас это уже не было простой формальностью: она что-то заметила. Поднявшись, девушка, совсем как подающий надежды офицер (им она, впрочем, и была), отчеканила:
— Сэр, мне нужен новый пластиковый пакет и стерильный пинцет.
— Позвоните Арчболду, — ответил Вексфорд. — Не вижу другого выхода. Он привезет все необходимое. Без него нам лучше ничего не трогать.
— Но что это? — изумленно спросил Дейд, когда
они покидали гостиную.
— Поживем увидим, — ответил Бёрден, который, хотя и знал, в чем дело, не собирался ничего говорить: еще не время. — А теперь, миссис Дейд, не могли бы вы нам рассказать о своей подруге мисс Трой? Мы знаем, она бывшая учительница, сейчас работает переводчицей, ей тридцать один год, она была замужем, но развелась. Насколько я знаю, вы познакомились с ней в школе «Хэлдон Финч», где работали секретарем, а она — учительницей?
— Я была там всего год, — ответила Катрина. — Моему мужу не нравилось, что я работала. Я так уставала.
— Ты замучила себя, ты же сама знаешь. Другие женщины справляются и на работе, и дома, но ты-то не такая. У тебя же каждую пятницу по ночам были нервные срывы, с завидной регулярностью.
Дейд лишь обмолвился об этом, но Вексфорд уже мог представить, что это были за срывы. Он даже содрогнулся:
— Когда это было, миссис Дейд?
— Дайте подумать. Когда я начинала работать, Софи было шесть. Это было лет семь назад. О, моя драгоценная малютка Софи! Где она теперь? Что с ней случилось?
Каждый хотел бы знать ответы на эти вопросы. Бёрден сказал:
— Мы делаем все возможное, чтобы найти ее и ее брата, миссис Дейд. Расскажите нам все, что знаете о мисс Трой, этим вы нам очень поможете. Итак, вы познакомились и подружились. — И он, не подумав, брякнул: — Она ведь была намного моложе вас.
Вид у Катрины был такой, словно ее только что не просто оскорбили, а глубоко ранили в самое сердце. Так сильно ее не потрясло бы даже обвинение в жестоком обращении с детьми, выдаче национальных секретов иностранным державам или взломе соседского дома и незаконном вторжении в него. Запинаясь, она упавшим голосом произнесла:
— Вы полагаете, это красиво — так говорить со мной? Учитывая, в каком я сейчас нахожусь положении. Да?
— У меня не было ни малейшего намерения обидеть вас, миссис Дейд, — жестко сказал Бёрден. — Но не будем об этом. — (Я же все равно знаю, она старше ее лет на тринадцать, подумал он.) — Вскоре после этого мисс Трой ушла из школы — вы не знаете, почему?
В ответ он услышал сердитое:
— Три года назад.
— Но почему? Почему она уволилась?
Тут вмешался Дейд:
— Странно, что вы об этом спрашиваете. А разве то, как сейчас ведут себя дети в общеобразовательных школах, не может стать веской причиной? Шум, сквернословие, жестокость. И никто не в состоянии призвать их к порядку. Стоит учителю дать ученику легкий подзатыльник, как его тут же тащат в суд по правам человека. Разве