Чаганов: Накануне стр. 160
к цели, лётчик должен жать на гашетку в десять раз дольше.
"ДШАК… звучит как ДШК – пулемёт долгожитель, верой и правдой служивший десятки лет в десятках армий"…
– Товарищ майор госбезопасности, – выходит из загородки на проходной дежурный вохровец. – вот этот гражданин просит одолжить ему наган.
В нашу сторону, близоруко жмурясь, поворачивается Веня Цукерман – недавно назначенный заведующий рентгеновской лабораторией.
– Я же на минутку для дела… и ещё с десяток патронов…. товарищ Чаганов, – частит завлаб. – помните мы обсуждали с вами мой эксперимент?
– Товарищ Бравин, хотите взглянуть на то, чего не видел ещё никто в мире? – Делаю загадочное лицо.
– Не откажусь. – Улыбается профессор.
По пути заходим в особый отдел.
– Аня, ты нужна, наган захвати… Знакомьтесь, это – лейтенант госбезопасности Мальцева – начальник особого отдела… – Оля поспешно перехватывает наган в левую руку.
– Инженер-флагман 3-го ранга Бравин. – Опрежает меня профессор, щёлкая каблуками.
Зина, Венина жена и по совместительству лаборант с испугом в глазах встречает нашу процессию в дверях, косясь на наган зажатый в Олиной руке.
– Товарищ Цукерман, расскажите нам об эксперименте.
– По предложению Алексея Сергеевича…
"Это было лишнее"…
– … мы с товарищем Авдеенко и Зиной подготовили опыт, – старший лаборант, высокий силач лет тридцати довольно приглаживает редкие волосы. – целью которого является фотографирование пули в полёте…
У Оли с Бравиным вытянулись лица.
– … здесь у нас пулеулавливатель с песком, высоковольтный трансформатор со ртутным выпрямителем. Постоянное напряжение с него (около трёх тысяч вольт) подаётся на генератор импульсного напряжения по схеме Маркса…
"Хотел предложить генератор от "Подсолнуха", но встала проблема синхронизации времени пролёта пули и высоковольтного импульса напротив кассеты с ренгеновской плёнкой".
– … ГИН состоит из десяти одинаковых конденсаторов, соединённых параллельно через зарядные резисторы. Кроме того в схеме Маркса присутствуют воздушные разрядники, выполненные в виде шаровых искровых промежутков. Эти разрядники служат замыкателями, которые в случае пробоя зашунтируют зарядные резисторы и переключат конденсаторы из параллельного соединения в последовательное. А это
значит, что практически мгновенно напряжение на выходе ГИНа подпрыгнет с трёх до тридцати киловольт. Его станет достаточно, чтобы разогнать электроны в кенотроне, высоковольтном вакуумном диоде (вот он – стеклянная такая колба), до такой энергии, что при торможении на аноде возникнет излучение рентгеновского диапазона. Это излучение будет ослаблено пулей и должно оставить на плёнке след.
– Позвольте, молодой человек, – трясёт головой Бравин. – вы не успеете и моргнуть, не то что нажать на кнопку, как пуля окажется в отбойнике.
– Вы не поняли, товарищ Бравин, – прихожу на помощь Цукерману. – это сама пуля, попав между шарами разрядника, вдвое сокращает искровой промежуток, что ведёт к его пробою и, вдвое повысив напряжение на входе следующего конденсатора, вызывает эффект домино: мгновенные пробои всех разрядников.
– Вот сюда нужно попасть… – длинный палец завлаба с грязным обломанным ногтем указывает на небольшую тонкую бакелитовую дощечку в пяти метрах от нас, на которой были закреплены два медных шарика, кенотрон и кассета с фотоплёнкой.
По его кивку Авдеенко щёлкает тумблером и над установкой замигало табло с надписью: "Осторожно! Высокое напряжение"!
– Разрешите мне? – Бравин кивает на наган, зажатый в Олиной руке.
– Справлюсь. – Отрезает подруга.
– Отойди подальше, – незаметно подмигиваю ей. – а нам, товарищи, лучше выйти из комнаты… мы ещё не успели установить свинцовую защиту в лаборатории.