Библиотека

Царское дело стр. 146

Размер шрифта
-
+
Тема

государя выходил. И был бы жив государь! И Трофим был бы жив. И не ходил бы ты в стряпчих, Маркелка. А так везет дурням! Какое время пришло гадкое!

И развернулся и пошел из горницы. Сторожа пошли за ним.

Когда Мартын со сторожами вышел, Маркел по-прежнему стоял посреди горницы, не зная, что и делать и что и думать. Он стряпчий! Он живет в Москве! Его сам боярин Годунов приметил! Он к князю Семену вхож! Он…

А где Параска? Куда она пропала? А Нюська где? Чего они так долго не возвращаются? Может, с ними что случилось? Может, их уже забрали в Углич? А что, у нас такое запросто! А если так, тогда зачем все это? Да как же так? Да…

Ну, и так далее. Маркел стал ходить взад-вперед по горнице. Ничего ему же не было любо! Так он ходил, ходил, останавливался возле божницы, крестился и опять ходил, опять останавливался, опять ходил и думал, что гадалка ведь была права: околдовала его черная вдова, присушила и лишила ума-разума!

56

Вдруг за стеной что-то брякнуло. Маркел остановился и прислушался. Еще раз брякнуло! А потом раздался голос Нюськи. Потом Параски. Они о чем-то тихо, вполголоса спорили. Маркелу стало жарко, он поправил ворот. Схватился за шапку и надел ее. Нюська продолжала говорить. Маркел вытащил нож из рукава и засунул за голенище. Повернулся на иконы и перекрестился. Святой Никола с той большой иконы ему как будто подмигнул. Маркел улыбнулся и пошел к двери.

Выйдя на помост, Маркел осмотрелся. Начинало смеркаться, во дворе почти что никого не было. Сейчас быстро темнеет, март месяц, подумал Маркел, и это его почему-то обрадовало. Маркел подступил к Параскиной двери и постучался. Рука у него сильно дрожала, стук получился не ахти какой. Но Параска сразу же откликнулась:

— Открыто!

И голос у нее был веселый, как показалось Маркелу. Он вытер ноги об порог и вошел в сени. В сенях был сладкий дух. Может, она какие травы

сушит, подумал Маркел, а рассмотреть ничего не сумел, потому что там было темно. Маркел на ощупь отыскал вторую дверь, толкнул ее и вошел.

Параска стояла возле печи и держала руки у груди. Одета она была очень хорошо, даже богато, как будто ждала гостей, и щеки у нее горели. А глаза сверкали! Нюську Маркел вначале совсем не заметил (а она сидела за столом), Маркел видел только Параску. А говорить совсем не мог!

— Дело какое? — спросила Параска.

— Э! — только и сказал Маркел, разводя руками.

— А мы тебя, Маркел Петрович, ждали! — сказала Параска. — Мы теперь по гробовую доску твои должники. Если бы не ты, не знаю, что бы я делала. Пропала бы моя дочушка. Храни тебя Господь, Маркел Петрович, долгие тебе лет, богатства и еще всего, чего ты желаешь! — И она поклонилась Маркелу.

Тут из-за стола выскочила Нюська, встала рядом с матерью и тоже поклонилась.

— Да что вы, в самом деле? — со смущением сказал Маркел. — Да как я мог иначе! Не по-христиански это было бы.

— Вот в том-то и беда, Маркел Петрович, — сказала Параска, — что вокруг как будто все христиане, а только, случись беда, так и поклониться некому. — И тут же спросила: — Голодный? И не отнекивайся даже! Мы тут всего уже тебе принесли — с царицыного

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.