Час кроткой воды стр. 538
Роднику! Весь план пойдет насмарку.
А без Тье никак не обойтись. Это он говорил тогда с главой клана. Это ему Глубокий Родник рассказывал о законах природы. Пусть и небольшая, но связь между ними все-таки возникла. Тье ему уже не посторонний человек.
А посторонний нипочем не добьется от старика того, что так нужно для поимки преступника.
Оставалось решить, как же сделать Тье неузнаваемым.
Сам Воробей предлагал на сей счет разные идеи – одну диковиннее другой.
– Если мне всю голову забинтовать и лицо, никто и не узнает. Еще и кровью уляпать для достоверности.
– Умница, – ласково произнес Най. – Подумать только – тебе башку проломили, а ты не в постельке лежишь, не врача к себе зовешь, а сам тащишься, и опять же не к врачу, а к гадателю. И непременно чтобы к главе клана, никак не меньше.
Тье сконфузился – но слегка и очень ненадолго.
– Можно еще бороду мне приклеить, – просиял он. – И усы.
Най окинул выразительным взглядом его совершенно гладкие щеки и подбородок.
– Да тебе что бороду прилепи, что рог на лбу, – безжалостно высказался Шан. – Все равно никто не поверит. Скачи, не скачи, а за единорога не сойдешь. И за бородатого – тоже. Ты бы еще себе лицо тотемными знаками расписать вздумал, как у степного шамана. Вдруг да кто решит, что ты и правда шаман, а не болван.
– Расписать! – азартно ухватился за мимолетное слово Тье. – Точно! Грим! Сходить к актерам, пусть разрисуют… и камешки в сандалию подложить, чтобы походка поменялась!
Этот изыск предполагаемой конспирации Най даже коментировать не стал. Шан только вздохнул: когда-то в бытность свою лончаком он тоже нес подобную ахинею.
– А как же тогда? – приуныл Тье.
Вместо ответа Най выложил перед ним коробку.
– А вот так. Учись, лончак, пока я жив.
В коробке обнаружилась форма рассыльного из фарфоровой управы.
– Запомни: люди обычно смотрят в первую очередь на форму,
а уже потом – на лицо. Но если ты просто переоденешься в цивильное, твое лицо все-таки могут заметить и вспомнить, тут ты прав. А вот если ты сменишь одну форму на другую – нет.
Вопрос был решен. В клан гадателей Тье заявился, одетый рассыльным. Шан и Най, облаченные таким же образом, следовали за ним, неся с большим бережением ящик с клеймом управы и изображением фарфоровой вазы. Трое в форме всяко лучше, чем один – никому и в голову не придет высматривать, не похож ли один из троих рассыльных на давешнего лончака.
К главе клана их пропустили без помех.
Глубокий Родник, разумеется, опознал Тье с первого взгляда.
– Возмутительно! – произнес гадатель. – Вы уже во второй раз врываетесь ко мне под ложным предлогом, а теперь еще и в чужом обличии, да вдобавок не один, а с какими-то посторонними людьми. В чем вы теперь собираетесь меня обвинить?
– Вас – ни в чем, – невозмутимо ответил Тье. – И выбора у меня не было. Эти люди – тоже сыщики. Позвольте представить – Шан Храмовая Собака и Най Вьюн. И мы пришли не просто так, а по следственной надобности.
– Невероятно. – Глубокий Родник устремил на всех троих сыщиков взгляд… хотя нет – взор, исполненный поистине царственного неодобрения. – Вы ведь уже отказались от