Час кроткой воды стр. 547
кошелька бременем. Заявиться сюда с девушкой, дабы произвести на нее впечатление… да, пожалуй. И потом месяц питаться пустой просяной кашей. Но если рассыльному только что насулили золотые горы в серебряных снегах – как же тут не кутнуть на радостях? А что жалованье невелико – так станет больше! Вот прямо завтра и станет – гадатель верно сказал!
И Шан следом за Наем вошел в «Невод». Ошалевший от нагаданного ему счастья рассыльный хорохорился, напускал на себя важность и требовал место вон за тем столом с таким видом, будто он, по меньшей мере, молочный брат короля.
– Гуляю!!! – громогласно заявил он еще с порога. – Эй, кто хочет выпить со мной за мою удачу?
Он еще не успел занять место за столом, а колокольчик серебристо тенькнул, и дверь широко отворилась, пропуская внутрь нового посетителя.
Гадальщик Кин Шелковый Пояс попался в «Невод».
Сам заплыл, своей волей. Никто за жабры не хватал и силком не тянул.
Заманили? Помилуйте – рыбу приманить можно только вкусной наживкой. На пустой крючок никто не ловится. А наживка на крючке и впрямь сладкая – труп ошалевшего на радостях рассыльного. Труп, который потянет за собой на тот свет ненавистного юнца, посмевшего уродиться таким талантливым. Но разве эту наживку Шелковому Поясу кто-то в рот пихал? Угрозами заставлял проглотить?
Нет.
Стать убийцей – его собственный выбор.
Ты сам решил убивать. Сам последовал за новой жертвой.
А раз так – не обессудь.
Как говорит пословица – лови свои уши, покуда за сказителем не сбежали!
Веселье только начинается.
Знаменуя начало веселья, колокольчик снова тенькнул, и в широко распахнутых дверях обозначился Тье.
Если Най форму вывернул наизнанку, превратив ее в обычный ань, то Тье от своей попросту избавился – и сейчас щеголял в одной рубашке, кое-как заправленной в штаны. Вид, конечно, на самой грани приличий… но в такую лютую жару, в общем, простительный.
– Хозяин! – возгласил он, стремительно рассекая пространство «Невода». – Мне кувшин вина и половину рыбного пирога с собой!
– Прошу прощения, но здесь с собой не продают, – со сдержанным неодобрением отозвался хозяин. – Здесь вам не уличный лоток. Здесь вам приличное заведение.
– Ну, тогда не с собой, – покладисто согласился Тье.
Среди купеческой публики юнец в одной рубашке без верхнего платья смотрелся чужеродно, как стальной шарик из самострела, с излета плюхнувшийся в вазу с шариками стеклянными. Вроде покуда все целы, но – непорядок же!
– Может быть, вы хотите пойти кушать в какое-нибудь другое заведение? – попытался воззвать к нему хозяин.
– Кушать я бы мог пойти в другое заведение, – белозубо ухмыльнулся Тье. – Но я хочу жрать.
Он приобнял онемевшего от такой наглости хозяина за плечи и повлек его вглубь трапезной залы.
– Почти сутки в кости играл, – доверительно сообщил Воробей бедолаге. – Вот даже ань свой продул, прикинь!
– Так при вас и денег нет? – от таких известий хозяин мигом обрел утраченный было дар речи. – И как вы за обед платить собираетесь?
– А вот и есть! – плутовски подмигнул ему Тье. – Это мне по первости не везло, а потом я хорошую деньгу поднял.
Он подкинул в руке невесть откуда взявшийся парчовый кошелек с приятными округлостями.
– Вот – видал?
Тье продолжал двигаться, увлекая хозяина за собой –