Часодеи. Часовое сердце стр. 115
луноптах сделал крутой вираж, почти перевернув своего седока вниз головой. Распластавшись по телу птицы, Василиса с изумлением осознала, что как будто прилипает к ней!
Они полетели вокруг замка: оказалось, что его внешняя стена с одной стороны была совершенно гладкой, без окон. Вскоре луноптахи поднялись чуть выше и сделали несколько кругов над Главной башней.
Когда они приземлились на стену, Василиса почувствовала, что ее тело как бы отлипает от птицы и она может свободно соскочить с нее.
Первым делом она отвесила подзатыльник Захарре.
— Эй! — Та отпрыгнула в сторону. — Поспокойнее…
— У тебя с братом много общего, — пожурила ее Василиса. — Он тоже любит такие сюрпризы.
— Это правда! — ничуть не обидевшись, кивнула Захарра. — Ты бы знала, как мне от него доставалось. Честно говоря, я очень скучаю по Фэшу… — Осекшись, она подошла и погладила шею птицы. — Это Звездочка, моя личная лунопташка. А ты летала на Ветре, он когда-то принадлежал Фэшу, а теперь я слежу за ними обоими… Тебе понравилась наша прогулка?
— Очень! — Василиса еще сердилась, но не могла не признать, что полет получился отличным.
— Жалко, нам нельзя полететь куда-нибудь далеко, вон за те горы, — вздохнула Захарра. — Вокруг замка временное поле, не пропустит. Погладь его, Ветер заслужил.
Василиса осторожно прикоснулась к мерцающим в темноте перьям — луноптах издал легкое, довольное воркование, словно был простым голубем.
— Они смирные, — сказала Захарра. — Если самому вырастить луноптаха, то он привязывается к тебе и будет верен всю жизнь. У меня есть особый сигнал, заслышав который Звездочка тут же прилетит. Они могут проходить между мирами, как тонкороги, — будто забывшись, продолжила девочка. — Астрагор держит луноптахов возле замка на случай тревоги или нападения. Тогда он заберет защитное временное поле, и мы сможем улететь куда угодно.
— А почему у них такое странное название — луноптахи? — поинтересовалась Василиса.
— Это ночные птицы, — охотно пояснила Захарра. — Днем они спят, потому что не могут летать, зато ночью, когда луна и звезды дают им силу, они великолепны… Впрочем, ты сама видела.
— Эх, мне бы такую, — вздохнула Василиса. Если не считать кошек Марты Михайловны, у нее никогда не было домашних животных. — Или тонкорожка… Они тоже очень хорошие.
Захарра ухмыльнулась.
— Когда-нибудь обязательно будет, — ободряюще заявила она. — Правда, яйцо луноптаха — большая редкость. А их растить нужно только с самого рождения, иначе он не будет тебя слушаться. Ну что, ты уже не сердишься? — встрепенулась она.
— Я и не сердилась, — заявила Василиса.
Они виновато улыбнулись друг другу.
— Тогда пойдем все-таки перекусим? Чего-нибудь посерьезнее шоколада.
— Ладно…
Честно говоря, у Василисы так урчало в животе от голода, что ей было все равно, из какого века повара готовят на кухне в Змиулане.
Мир был восстановлен. Они пустились в долгий обратный путь по галереям и лестницам. Но поесть девочкам так и не дали: в одном из коридоров их перехватил Рок и сообщил, что все ключники благополучно вернулись. Каждый из них принес из прошлого необычные вещи: у Марка в руках был небольшой золотой слиток, у Фэша — кусочек серебра. Ярис приволок старинный бронзовый подсвечник, а Маришка — хрустальную пирамидку. Но больше всех удивила Диана: по возвращении в ее руках обнаружился небольшой серебристый камень. Астрагор долго изучал его, щупал, даже смотрел