Часодеи. Часовое сердце стр. 169
уверенно и невозмутимо.
Василису вызвались провожать Лешка с Жабой. Девочка чувствовала себя вполне сносно, хотя врач настаивала, чтобы она еще немного полежала в изоляторе. Но ей не терпелось поскорее узнать, что же случилось с друзьями: со времени недавнего великого события от них не было ни единой весточки. Поэтому, когда отец попросил свою дочь приехать, она тут же приняла его приглашение.
Серега тоже пришел к воротам — проверить, все ли в порядке.
— Твой отец, Огнева, мог бы подождать до конца смены, а потом тебя забирать, — сказал он недовольным голосом. — Осталось всего несколько дней!
Быстро пожав Василисе руку, он сухо попрощался и ушел. Как и Жаба, Серега ничего не помнил из произошедшего на «балконе».
— Прости его, — извиняющимся тоном произнес Лешка. — Вернулся старый директор, сразу зарылся в бумаги, узнал о прошедшей Игре и ужаснулся. Понятно, теперь и слышать ничего не хочет о новой… Вот Серега и расстроен.
— Жалко, что ты уезжаешь, — встрял Жаба. — Только веселиться начали…
Раздался резкий гудок: это сигналил господин Эрн — пора было ехать.
Василиса повернулась к другу.
— Ну, прощай, Лешка… — Ее голос все-таки сорвался.
— Не прощай, а пока, — поправил тот.
— Хорошо, — улыбнулась Василиса и добавила со значением: — Я найду способ с тобой связаться. Жди новостей.
— Угу…
Игнорируя насмешливое посвистывание Жабы, Лешка крепко обнял ее, а потом шепнул в самое ухо:
— Ты это… Поосторожней там, ладно?
У Василисы в глазах сильно защипало, и, чтобы не выдать себя, она уткнулась другу в плечо.
Раздался еще один гудок.
— Надоел уже! — возмутился Жаба. — Раздуделся тут, дудила!
Но господин Эрн вновь посигналил — на этот раз еще более настойчиво.
— Ладно, я пойду…
— Передавай остальным привет, не забудешь?
— Хорошо…
Дверца захлопнулась, отгораживая Василису от окружающего мира. Заурчал мотор, и машина поехала по лесной дороге.
Василисе стало грустно: кто знает, увидит ли она когда-нибудь еще своего Лешку. Но она прекрасно понимала, что ему нет места в часовом мире, а значит, и рядом с ней. В жизни иногда приходится делать очень трудный выбор — расставаться даже с самыми лучшими друзьями…
…Лишь только Василиса ступила на порог отцовского дома, как попала в объятия Елены.
— А вот и наша звездочка! — сладким голосом пропела госпожа Мортинова. — Надеюсь, мы будем дружить, милая!
Василиса потеряла дар речи. Сколько же теплоты и радости излучали эти голубые глаза, а ведь лишь недавно их взгляд пылал смертельной ненавистью… К счастью, Елена тут же оставила ее, уступая место другим гостям.
Множество незнакомых людей здоровались с ней, жали руки, говорили что-то восторженное. Эти люди все прибывали и прибывали, из чего Василиса сделала вывод, что в отцовском доме опять будет праздник. Неожиданно в толпе она заметила Марка и Маришку, нарядно одетых, — они явно получали удовольствие, купаясь в лучах только что приобретенной славы. Василиса поспешно отошла в сторону и только тогда, украдкой разглядывая гостей, заметила Ника: мальчик стоял на самом верху парадной лестницы. Заметив, что Василиса смотрит на него, он поманил ее с самым таинственным видом.
— Ты что здесь делаешь? — не удержалась Василиса от вопроса, как только друзья обнялись.
— Идем, все потом.
Они прошли в крайнюю комнату на втором этаже — ту самую, некогда предоставленную Василисе. К ее