Частица твоего сердца стр. 152
имела, что будет дальше. И это ощущение дурманило и волновало одновременно. Хотя и было совершенно недопустимо. Я слишком далеко зашла. Чрезмерно увлеклась тем, сдаст ли этот парень историю.
«Чересчур глубоко влезла в это дело, и точка».– Мне нужно идти, – выпалила я. – Много работы.
Ронан застыл.
– Да, мне тоже.
Мы развернулись и пошли каждый своей дорогой; от уединения вдвоем к полному одиночеству.
* * *В понедельник Вайолет не пришла на историю. Она прислала мне сообщение, что допоздна готовилась к тестам SAT и AP. Но я знала, что ей больно появляться в школе и видеть, как Миллер
ходит за ручку с Эмбер Блейк.
«Словно нож в сердце» , – писала она.
Мне хотелось бы найти слова, чтоб немного облегчить ее боль, но мое собственное сердце скрутило в узел. И, учитывая, с чем столкнулась подруга, мне казалось глупым говорить с Вайолет о своих чувствах.
На уроке Баскин вернул нам курсовые о русской революции. На титульном листе моей работы стояла «А» с минусом, нарисованная красными чернилами.
– В общем, я очень впечатлен, – почти нехотя проговорил Баскин. – Некоторые из вас выбрали действительно интересные темы. – Кажется, произнося эти слова, учитель смотрел на Ронана.
Мне не терпелось узнать, какую он получил оценку.
«Не то чтобы меня это сильно волновало, – убеждала я себя. – Просто хочу убедиться, что мои усилия не пропали даром».После урока я ждала снаружи.
– Ну что?
– «В» с минусом, – проговорил Ронан.
– Что? Это просто чушь. Твоя работа была лучше моей.
– Главное, что я сдал. Благодаря тебе.
– Нет, я же сказала. Пустяки.
– Это вовсе не пустяк. И я это ценю. Очень. – Он взглянул мне прямо в глаза. – Спасибо.
Я хотела отшутиться, как обычно и поступала, чтобы защитить себя. Но вместо этого тихо сказала:
– Пожалуйста.
Ронан огляделся вокруг и потер затылок, словно нервничал. Он выглядел странно… и мило.
– Послушай, я тут подумал. Есть одно место…
Я неподвижно замерла, по биению пульса отсчитывая секунды до его следующих слов.
– Это на пляже. Нужно сойти с дороги прямо туда, где скалы. Мы с Миллером и Холденом часто торчим там после школы и в выходные. Разводим костер, болтаем, пьем пиво.
– Ладно…
– Так что, может… если захочешь как-нибудь прийти и потусить с нами, то пожалуйста. Если пожелаешь.
– Ты хочешь, чтобы я… – Внутри возникло незнакомое ощущение. В животе вдруг запорхали бабочки, а сердце забилось чаще, чего никогда не случалось в присутствии парня. Я изо всех сил старалась, чтобы мой голос звучал небрежно. – Ты приглашаешь меня в тайное убежище печально известных Пропащих ребят?
– По сути дела, да. – Он опустил взгляд в землю, а потом вновь посмотрел на меня. – Так… ты хочешь?
«ДА».Мысль прозвучала так громко, что он, должно быть, ее услышал. Но она потонула в вое сирен и сигналах тревоги, кричавших, что я уже подошла слишком близко. И могу причинить боль Вайолет.
– Миллер будет там?
– Конечно.
– Тогда я не могу. Вайолет – моя лучшая подруга.
Ронан нахмурился.
– И что?
– Ну, они с Миллером почти не разговаривают. – Ощутив горькое разочарование, я лишь покачала головой. – Девушка, с которой он развлекался в вечер бала, тоже подруга. Все это сильно зарепуталось, и я… не могу пойти. Не стоит поступать так с Вайолет.