Часы командора стр. 76
за что меня по головке начальство не погладило бы. Родители Милены были против Мишки, особенно маман-нотариус. Карлов, конечно, хваткий малый и упертый, и всего достигнет, а если малость подтолкнуть, так и вообще может попереть в гору, но это ж когда будет! У мамы кавалер другой, пожилой, для дочки имелся, а та упиралась — Мишу хочу. Ну, у меня и закралась мысль — а что, если это родители Милены покушение организовали? Тут я совсем приуныл — папка Милены очень высокопоставленный дядька, и допускать к нему такую мелкую сошку, как я, никто не собирался. Я пробовал было через дядь Леню, но он меня сразу на место поставил — чтобы я сидел тихо и не рыпался.
Отец Милены вызвал для Мишки крупного специалиста из Москвы — прямо на вертолете в тот же день доставили; так бы, местными силами, может и не спасли бы пацана. Но это тоже ничего не доказывало — совесть заела или подозрения с себя снимал. Я хотел поговорить по душам с Миленой, и у меня был ее номер, но ее телефон мог прослушиваться по указке все того же папеньки. Надо было побеседовать с глазу на глаз, и я стал пробивать командировку в Питер под предлогом — получить заключение антиквара по рыночной ценности часов. Дядь Леня одобрил мне командировку, но выбил обещание — не лезть куда не надо.
— Но обещать — не значит жениться, — съязвила Алена.
Тишин внезапно притормозил и внимательно посмотрел на свою даму сердца.
— Эта поговорка не про меня, — то ли с иронией, то ли с грустью произнес он, — только не говори, что соседки тебе не напели, как я по выдуманному залету женился. Умные мужики проверяют, доказательств требуют, а дурачки, как я, сразу шею под хомут подставляют.
— А потом ты узнал и ее бросил? — разговор ушел от расследования на более важную для Алены тему.
— Если бы она честно призналась, может
и не бросил бы, но она ж еще выкидыш разыграла. Устроила скандал на пустом месте, наорала на меня, а потом ее якобы по скорой забрали. Ален, я места себе не находил, я думал — что убил своего ребенка. Представляешь, каково мне было, такое не прощается… Такое можно простить только любимой женщине, а она не была любимой. Осуждаешь?
Алена чувствовала, что он уже жалеет, что все это ей сейчас рассказал.
— Нет, не осуждаю. Так ты встретился в Питере с Миленой? — перевела она разговор.
— Да, она рассказала подробно и про отношения с Мишей, и про ссору с матерью, а еще я понял, что отец Милены к Мишке расположен, и вряд ли мог организовать покушение. Упускать это семейство из виду я все же не собирался, но тут тебе пришла эсемеска. Она и стала ключом к разгадке, побочные версии отпали.
— Ты узнал, кто ее отправил с телефона деда Митрошки?
— Не совсем, в тот день дед Митрофан где только не шастал: и у Зайцевых был, и у магазина полчаса с Теретьевым трепался, у речки бродил, а телефон на берегу без присмотра бросал, потом к Витьке друзья всем скопом заваливались, а телефон на тумбочке в веранде валялся. Вроде все концы подчищены, но здесь не это главное.