Часы с лягушкой стр. 47
устройство со стрелкой (от шоколадных часов тети Зины).
– Ща как рванет! – сказал Алешка. И остановил часы.
Раскрыли сейф. И все обалдели. Мы с Алешкой – от того, что никаких миллионов баксов в сейфе не было. А папа и Павлик – от того, что там находились стопки разных бумаг в папочках и прозрачных файлах.
– Ну вот, – вздохнул Алешка. – Вот и рвануло. А мы старались. Всяким опасностям подвергались. Деньги-то где?
– Это и есть деньги! – Папа и Павлик лихорадочно просматривали бумаги. – Да еще какие! А эти документы знаешь как рванут на суде!
– Мало не покажется? – с надеждой спросил Алешка.
– Кое-кому даже много покажется.
Папа велел бойцам упаковывать документы, а мы, захватив взрывное устройство имени Алексея Оболенского, выбрались в чистое поле под ясное солнце.
– Лех, – сказал я ему вполголоса, – «динамит» не так пишется.
– Да знаю, – отмахнулся он. – Танамит!
Надо было видеть лицо папы Шульца, когда выносили документы. Ну и Алешка его добил: впихнул ему в карман сто пятьдесят рублей:
– Это вам на дорогу, далеко теперь поедете. – И сунул в руку брикет «танамита». – Заодно и помоетесь.
У папы было очень мало времени, но все равно они с Павликом забежали к нам на минутку выпить чаю или кофе.
Алешка тут же притащил свой альбом, и наши старшие сыщики в него уткнулись. Переглядывались, переговаривались, называли какие-то имена и клички.
В общем, Павлик немного схитрил, но Алешка его прекрасно понял. Его задача – зарисовывать всякое новое лицо в нашем окружении. Конечно, «строители» из дома напротив тоже вели свое наблюдение и охраняли семью полковника Оболенского, но Алешкины рисунки очень пригодились. Благодаря им вычислили оставшуюся часть банды Шульца. А капитан Павлик с особым удовольствием и интересом рассматривал портрет дядьки с густыми бровями и чуть заметно улыбался. Как же я папу не узнал в этом «камуфляже»!
– Та-ак… – вдруг протянул папа дрогнувшим голосом. – А этот как сюда попал? Где ты его срисовал?
– В доме у Шульца. Они говорили: это нужный человек из конторы. Который от них кормится. Они его Дедом Морозом называли.
Папа выхватил из кармана мобильник:
– Иван Трофимыч! Давайте команду Морозова задержать. Да, именно он.
Так и был вычислен «крот» в системе Министерства внутренних дел. «Вычистили», как сказал Алешка. И напомнил мне злорадно:
– Я ж говорил, Дим, у него морда, а не лицо.
– Поганая морда, – кивнул папа. – Предательская.
– Пап, – сурово сказал Алешка, когда мы подошли к машинам попрощаться, – ты там поскорее с бумагами разбирайся – людям надо деньги вернуть. Я ведь им обещал.
– А кто тебя просил?
Алешка помолчал, а потом гордо похвалился:
– Совесть!
– Надо же, – усмехнулся папа.
Тут в дверях автобуса возник Шульц:
– Эй, Холмс-младший, так какой ответ правильный? Кто вампир-то? Комар или пиявка? Или бизнесмен?
– Все четыре правильные, – сказал Алешка.
А Шульц окинул взглядом свой замок и вздохнул:
– Да, не обошел я Максима Галкина. Ни на прямой, ни на повороте.
Папа и Павлик забрались в машину, рядом с ними села и «подавальщица» Вера. Или Галя. А может, Надя.
– Да, – сказал Алешка, – всюду наши люди.
– Точно! – откуда ни возьмись возникла тетя Зина со своими красными щечками, но без попугая. – Мы тут! Пошли чай пить в гамаке. Под мышами.
А Лешка пошарил в кармане и отдал ей вишенки со шляпки.
– Это я в Кларкином гнезде выгреб.
Ну да, обормот Гоша обрывал и разбрасывал, а хозяйственная Клара подобрала.
А дальше лето пошло своим чередом. Почти без всяких приключений.
Впрочем, две мелочи все-таки случились.
Вот этот Гаврик, бывший опер, который чуть не добрался до нас, он все-таки сумел удрать. Его, конечно, объявили в розыск, но он долго не попадался. Пока не вернулся в наши края. Оказывается, он успел «отщипнуть кусочек пирога» у Шульца и у него был свой тайник в лабиринте. Он пробрался туда и выбрался оттуда. Злой, как голодный волк.
Надо сказать, что вот это деревенское поле досталось теперь хорошему фермеру, пеньковское стадо здорово возросло, и он решил в этом лабиринте устроить такое хранилище для силоса. Чтобы коровы не снижали надой молока даже зимой. И вот когда вычищали оттуда мусор, заначку обнаружили и сдали в полицию. Гаврик об этом, конечно, не знал. Тут-то мы ему и подвернулись, потому что частенько ходили проведать своих Акимычей. Иногда к нам заходил поболтать и бывший охранник Геныч. Это не был папин