Целительница моей души стр. 156
них посвятить никто не удосужился.
Но нет, всё оказалось совсем не страшно. Это всё ещё была я, просто… чуть-чуть сияющая, что ли. Сложно сказать, что изменилось, но глаза стали ярче, овал лица — выразительнее, губы — соблазнительнее, при этом цвет их практически не изменился. Вот как? Как такое возможно?
Впрочем, у выходящих от меня пациентов часто бывало точно такое же недоумевающее выражение лица. Как-как? Магия, что тут странного? Со мной поработал настоящий профессионал, вот и всё.
Причёска оказалась тоже не такой вычурной, как могло показаться, она, конечно, была сложной, но при этом удивительно мне шла. Часть волос изящными локонами падала мне на плечо, другая поднята вверх, искусно уложена и украшена небольшой диадемой с сапфирами. Эта диадема, ожерелье и серьги тонкой работы с такими же камнями — парюра, принадлежавшая моей бабушке, именно её я решила надеть на свою свадьбу, хотя Кейденс открыл для меня королевскую сокровищницу с предложением выбирать всё, что понравится.
Платье сидело на мне идеально и очень шло. У нас, в Марендонии, невесты шли к алтарю в светло-жёлтом, и я, со своими светлыми волосами, выглядела бы в свадебном наряде бледной молью. В Лурендии же для брачного обряда невеста одевалась в голубое с белой отделкой, жених — тоже в голубом,
но с золотым шитьём. Даже те, кто по бедности не мог себе позволить сшить к свадьбе специальные наряды, всё равно добавляли к одежде что-то голубое, девушки обычно косынку на плечи набрасывали, парни — шейный платок или повязку на руку.
Но моё платье было роскошным, лучшая модистка королевства лично неделю над ним корпела, и это при том, что была неплохим магом. Наверное, без магии такое и за полгода не сшить было бы. Но в том, чтобы быть невестой самого короля, есть свои преимущества. Сказал жених: «свадьба через два месяца», значит, так и будет. И я действительно получила сказочный наряд и выглядела восхитительно, хотя и была заметно старше, чем аристократки обычно выходят замуж. Но в глазах моего короля это моё преимущество, а не недостаток, так какое мне дело до недовольных перешёптываний, которые обязательно будут среди гостей — уж слишком лакомый кусочек я, по их мнению, незаслуженно отхватила.
Дав пару минут на себя полюбоваться, меня вывели в холл, где уже топтались Рин, Вела и Льюла — в синем с серебром, олицетворяя собой родню невесты. Жених, все остальные члены наших семей, а также гости, уже уехали в храм Богини-Матери, ждали только нас. Закрытая карета довезла нас, четверых, в сопровождении десятерых конных гвардейцев и горничной, ехавшей на козлах рядом с кучером на всякий случай, в главный храм и столицы, и всего королевства. Это было огромное белоснежное здание со стрельчатыми витражными окнами, главный купол которого, казалось, уходил в самое небо.
Мне сунули в руки букет голубых роз с тонким белым обрамлением на лепестках — тройняшки постарались, — Рин пристроил мою руку на свой локоть, сзади встали Вела с Льюлой — их букеты были из сине-белых роз, под стать платьям, — гвардейцы остались на улице, карета отъехала, и я, обернувшись, увидела, что площадь буквально забита радостно галдящим народом, свободными остались лишь пятачок перед входом в храм и проезд к