Человеческая комедия стр. 36
компании «Натуральный изюм», перескакивая через две ступеньки на третью, рассыльный Западной телеграфной компании как раз слезал с велосипеда у подъезда. Он запоздал потому, что их конторщик не знал наизусть позывных, как их знал Спенглер. Когда Спенглер уже входил в контору фирмы, его соперник еще дожидался лифта внизу.
И, словно он все еще был рассыльным, как когда-то, Спенглер доложил о себе старушке за конторкой.
– Почтово-телеграфная контора, – сказал он.
– Том! – с удивлением и радостью воскликнула старая женщина. – Да неужели ты опять стал рассыльным?
– Кто родился рассыльным – им и умрет! – ответил Спенглер, нисколько не смущенный бессмысленностью этого изречения. Он улыбнулся старушке. – Но прежде всего мне хотелось повидать вас, миссис Брокингтон.
В контору вошел рассыльный Западной телеграфной компании.
– Западная телеграфная компания, – назвался он.
– Видишь, Гарри, тебя обогнали опять. – Старушка протянула ему одну-единственную телеграмму. – Может, тебе повезет в следующий раз.
Мальчик Западной телеграфной компании был слегка обескуражен: снова его опередили, и на этот раз даже не рассыльный, а сам управляющий почтово-телеграфной конторой. Он взял свою телеграмму, сказал: «Спасибо и за это, миссис Брокингтон» – и отправился восвояси.
Старая женщина отдала Спенглеру целую пачку телеграмм.
– Вот тебе, Том, – сказала она. – Сто двадцать девять ночных депеш, во все концы страны. И все платные. За наличный расчет.
– Сто двадцать девять? – переспросил Спенглер. – Ну, дела у меня в этом месяце идут неплохо. – Он перегнулся через перегородку и поцеловал женщину.
– Что ты! – вскрикнула миссис Брокингтон.
– Вы уж мне не мешайте. Мне хотелось вас поцеловать с тех самых пор, как я увидел вас в первый раз, помните? Прошло двадцать лет, а вы все хорошеете с каждым годом.
– Что ты, что ты! – возразила она. – Не смей дразнить старуху!
– Старуху? – сказал Спенглер. – Ну, это поклеп!
– Ты очень милый, Том, – сказала миссис Брокингтон. – Как и все твои рассыльные. А где этот новенький?
– Гомер? Гомер Маколей? Он будет приходить к вам каждый день. И притом первым. У нас сегодня вышла заминка, маленькая неприятность с его маленьким братом, которого зовут Улисс. Он попал в какую-то западню в магазине Ковенгтона. Гомеру пришлось его оттуда вытаскивать. Но вы его будете часто видеть. – Он замолчал и улыбнулся. – Добрый вечер, Эмили.
– Как мило, что ты запомнил мое имя, – сказала старая женщина.
На улице Спенглер почувствовал, как у него хорошо на душе. Его радовало и то, что Гомер вытащил Улисса из западни, и то, что Гроген мог еще работать, хотя давным-давно должен был выйти на пенсию, и то, как заглядывался Улисс на все, что творится в телеграфной конторе, и то, как хотел поскорее вырасти Агги, чтобы стать рассыльным, и даже Диана Стид. Но больше всего его радовала мысль о девушке, ожидавшей на углу автобус. Когда он дошел до того места, где она стояла, он сказал себе: «Вот здесь она стояла. Наверно, я никогда больше ее не увижу, а даже если и увижу, она никогда больше не покажется мне такой, как сегодня».
Он побрел по улице, тихонько насвистывая. У дома напротив бара Корбета до него донеслись звуки пианолы – старый вальс «Мне нужна только ты». Он подошел к вращающейся двери, послушал музыку, а потом зашел в бар. У стойки стоял сам