Человек идет стр. 78
Оставалось ждать и надеяться.
Работа теперь пошла куда успешнее: в руках Манга имелся кортик, который мог служить и топором, и ножом, и долотом, и рубанком. Была притащена и доска от разбитой лодки. Манг весь отдался работе, забыв про голод.
Но девушка была голодна. Несколько рыбешек и дождевая вода не могли заменить ей какао, булки, масло и все то, к чему она привыкла. В конце концов она не выдержала, подошла к Мангу и, коснувшись пальцами своего рта, показала, что хочет кушать.
Манг сейчас же оставил работу и отправился позаботиться об обеде. На этот раз ему повезло, так как было время отлива. Вода отошла и оставила на обнажившемся морском дне множество разной живности. В одном месте осталась лужа, а в ней довольно приличная рыба. Сама девушка тоже пожелала принять участие в сборе трофеев, но очень боялась раков, хотя и считала их самыми вкусными из всего того, что они вдвоем собрали.
На этот раз она помогла и готовить обед. Себе она почистила и вымыла рыбу. А Манг уплетал ее, как есть, обгрызая кости.
Юная англичанка с отвращением глядела на своего невольного спутника: он, конечно, не заботился о приличиях и пачкал свой капитанский китель. Она отворачивалась от него, стараясь не видеть, и ждала, скоро ли он уйдет работать, оставив ее одну. Временами ей приходила в голову мысль: что сказали бы лондонские знакомые, увидев ее за дружеским обедом с этим дикарем?
Пообедав, Манг отправился на берег, а девушка отлеживалась на солнце, набираясь сил.
Так прошло несколько дней. Манг бился над своей лодкой, а его спутница с нетерпением ждала, когда он закончит работу, и томилась от скуки. Она никак не могла привыкнуть к новой для нее пище, чувствовала себя нездоровой, заметно похудела. Ей стало казаться, что она уже пропадает на неведомом островке целый год и, наверно, никогда не выберется отсюда.
Манг же, наоборот, был весел и энергичен. Он старался угодить ей как умел, обнадеживал, уверяя, что скоро они отправятся в путь. Но куда? Этого они не могли объяснить друг другу и даже самим себе.
Девушке казалось, что как только они отплывут от этого проклятого острова, то сразу же встретят какой-нибудь корабль. А Манг пока не мог хорошенько представить себе, что он будет делать, когда оба они покинут остров. Он знал только, что нужно вернуться домой, отомстить Нгаре и отобрать кану, так как новая, которую он делает, будет все-таки хуже старой. А уж потом можно подумать, как добраться до белых и что произойдет, когда он привезет к ним эту девушку.
Но дело двигалось медленно. Скрепить кое-как жерди он сумел за два дня, оставалось самое главное: обшить их корой. А на острове, как назло, толстые деревья не росли. Приходилось сшивать мелкие кусочки коры, а они были тонки, непрочны. Надо было накладывать их в несколько слоев, латать дыры, затем латать латки, и так до бесконечности.
Девушка, наконец, сообразила, каким образом хочет Манг сделать лодку, но, приглядевшись к работе, она совсем потеряла надежду, что из этой затеи выйдет что-нибудь путное. Манг же не унывал и все лепил и лепил кусочек к кусочку. И когда англичанка вздумала ему помочь, он был