Цена измены стр. 254
случае, когда вообще не представляешь, о чем же, собственно, вообще идет речь.
Речь об армии. А точнее, о том, от кого же хочет избавиться как от «балласта», мешающего стройности «пирамиды», Сердюков? Чтобы понять это, надо сделать небольшой экскурс в историю.
1991 год был последним годом полноценной боевой учебы российских Вооруженных Сил. После него настал сфактический паралич. Уже к 1993 году финансирование боевой учебы упало более чем в 10 раз. А к 1995 году она практически замерла даже на уровне индивидуальной подготовки солдата.
В тех же ВВС налет в авиации упал до 10–15 часов в год, что не обеспечивало даже минимального уровня безопасности полетов. Летчик, поднимающийся в небо с таким налетом, ежеминутно рискует своей жизнью, как гонщик, вышедший на гонки «Формулы-1» без всякой предварительной подготовки и опыта вождения болида. Но даже этот «минимум» налета был доступен далеко не всем. Так, например, из 1500 летчиков, выпущенных из училищ с 1995 по 2000 год, 400 летчиков вообще ни разу (!!!) за эти годы не поднялись в небо. Если в 80-х годах первый класс пилоты получали в 27–29 лет, то к середине 90-х этот возраст отодвинулся до 35–37 лет.
Не лучше были и дела на флоте. Если в 1991 году наплаванность надводных кораблей составляла
в среднем 120 суток, а для кораблей, несущих боевую службу — более 200 суток, наплаванность АПЛ в среднем составляла 180 суток, а дизельных — 210 суток, то уже к 1994 году наплаванность для надводных кораблей упала до 10 суток, атомных подводных — до 15 суток, дизельных — до 12.
При этом научно обоснованный минимум для всех классов кораблей составляет 60 суток.
В Сухопутных войсках, столь очевидных для неискушенного в военных делах читателя, критериев подготовки офицеров нет. Но и здесь уровень упал обвально! Если до 1991 года батальонные и полковые учения были обязательным элементом каждого периода обучения и количество полноценно подготовленных комбатов и командиров полков мерилось сотнями, то уже к 1994 году даже батальонные учения перестали проводиться, не говоря уже о полковых и дивизионных, а количество командиров дивизий, командующих полноценными дивизиями, вообще сократилось до пальцев одной руки.
Небольшой толчок росту уровня подготовки офицеров СухВо дала первая чеченская кампания, выдвинувшая несколько десятков талантливых генералов и командиров частей. Но это, опять же, были офицеры и генералы, выросшие как профессионалы еще в Советской Армии. К тому же, большая часть из них вскоре после этой войны была уволена.
И лишь в 2004–2007 годах началась постепенная реанимация армии и восстановление объема боевой учебы, которую еще и до сего дня нельзя назвать полноценной.
Я напомнил эти цифры и факты для того, чтобы наглядно показать качественную разницу в уровне подготовки офицеров до и после 1991 года. Фактически сегодня офицерский корпус России по уровню своего образования и подготовки разделен на две неравные части. Это постепенно уменьшающаяся доля старших офицеров, успевших послужить в Советской Армии и получить там достаточно высокий уровень подготовки — и огромная масса молодых офицеров, пришедших в армию после 1991 года. Среди них немало профессионально подготовленных командиров, но общий уровень их подготовки, конечно, серьезно уступает тому, которым обладает «советское» поколение офицеров. И это понятно — их становление