Цена мечты стр. 294
голос, наклонившись поближе к принцу, и как ни напрягал слух глава Даккарая, он ни слова не смог разобрать. Зато кожей почувствовал на себе заинтересованный взгляд сразу двух пар глаз — хоть и не подал виду. Ну, ясно! Чьей племянницей является Кассандра Д’Элтара, все знают. Как и то, кто ей теперь приходится теткой.
— Вот как, — пробормотал его высочество. — Любопытно.
И улыбнулся стоящей перед ним девушке. Герхард за ним повторять не стал: пройдет племянница Астора Д’Алваро последние испытание, нет ли, какая разница? Графство уже у него в кармане. И принц при всем желании не сможет ткнуть главу школы носом — не во что… Хоть какое-то утешение, подумал герцог эль Виатор, кивнув мастеру-наезднику.
Кассандра Д’Элтара сунула ногу в стремя. А его светлость, опустив глаза, сверился со списком — таким же, как тот, что лежал перед его высочеством — и подавил тяжкий вздох. Восемьдесят вторая. Значит, еще примерно столько же, почти на три десятка больше, чем в прошлый раз. «До самого вечера провозимся, — без удовольствия подумал он. — И потом еще торжественный ужин в честь нового поступления… Если, конечно, кое-кто не выкинет очередной фортель».
Бросив мимолетный взгляд в сторону наследного принца, герцог без всякой надежды качнул головой. Рауль Норт-Ларрмайн в последнее время стал щедр на сюрпризы — и, к большому сожалению главы Даккарая, боги почему-то были на его стороне.
* * *Солнце уже закатилось, напоследок опалив алым пламенем золото пустоши, и уступило место бледной луне. Налитое чернилами небо раскинулось над Даккараем, скрыло очертания гор, расцвело мириадами звезд и звездочек — и невыносимый зной растворился во тьме вместе с хлопотами и суетой почти прошедшего дня.
Ежегодные вступительные испытания завершились. Те, кому не повезло, покинули школу сразу после оглашения списка избранных, а оставшиеся счастливчики теперь прощались у распахнутых ворот с родными и близкими. Час был поздний, недавним сопровождающим предстоял долгий путь домой, усталость и былые волнения давали о себе знать, но каждый медлил, оттягивая неизбежную разлуку. Чуть захмелевшие не столько от вина, выпитого на торжественном ужине, сколько от гордости за своих чад матери и отцы сжимали в объятиях растерянно улыбающихся новоиспеченных кадетов, а те, конфузясь, оглядывались на новых товарищей: что-то они подумают?..
Кассандра по сторонам не смотрела. Впрочем, как и на отца — она стояла перед ним, уставившись в землю, и молчала. Барон Д’Элтара, чей экипаж уже подали, тоже искал и не находил слов. Они оба словно отвыкли за эти несколько дней друг от друга: они делили одну повозку, говорили каждый день «Доброе утро» и «Доброй ночи», бок о бок пересекли четверть страны — рядом, но не вместе. Последний разговор в ночь отъезда из дома стеной встал между ними, и ни отец, ни дочь, впервые по-настоящему столкнувшись лицом к лицу, не знали теперь, как ее разрушить.
Кассандру приняли. Последнее испытание она выдержала достойно, легко оседлав дракона и без помех подняв его в воздух — пусть и с небольшой помощью страхующего позади мастера. Она ни разу не покачнулась в седле, не взглянула вниз, оба круга прошла ровно, не дергая попусту повод, и посадила зверя на манеж не хуже других. Опыта ей, конечно, недоставало, однако та самая