«Центурионы» Ивана Грозного. Воеводы и головы московского войска второй половины XVI в. стр. 90
надумали паны. Ответ был неблагоприятный – В. Грибун заявил, что о сдаче речи быть не может и нужно еще время, хотя бы неделя, чтобы Довойна мог дать окончательный ответ. В ответ же на слова Ивана, что-де «вчера, естя били челом, а хотели свое дело свершено учинить, а ныне хотите слов своих переменити», Грибун заявил, что «с чем де меня из города паны выслали, и яз то и говорю» 452 . Произнеся их, литвин поворотил коня и скрылся за закрывшимися воротами, а по Черемисинову сделали несколько выстрелов из пищалей с крепостной стены. Теперь уже ни у кого не оставалось сомнений в том, какова позиция Довойны и стоит ли ждать, когда он капитулирует. Когда же вскоре после того, как обстрелянный из пищалей Черемисинов вернулся в царский шатер, заполыхал полоцкий посад, подожженный жолнерами полоцкого воеводы, и началась поспешная эвакуация его жителей в замок, последние надежды на относительно мирный исход развеялись окончательно. Иван Грозный решил пустить в дело «последний довод королей».
И ultima ratio regis оказался убедительнее, чем все слова, произнесенные до этого. После того как 9 февраля заговорили пушки «большого наряда», исход осады стал очевиден. Сосновые городни и башни полоцкого замка не выдержали мощного огня русской артиллерии, и Довойна решил капитулировать. И снова, как и неделей раньше, в переговорах об условиях сдачи Полоцка активную роль сыграл Иван Черемисинов. Утром 15 февраля Довойна, не дожидаясь начала штурма города, дал знать царским воеводам о своей готовности сложить оружие. Дальше события пошли по нарастающей. К городу были снова посланы В. Разладин, И. Черемисинов и М. Безнин с требованием, «чтоб из города вышел владыка Арсеней Полоцкой, и Давоин воевода, и дворяне, и все лутчие люди, и рохмистры, и полковники, и город бы государю здали, и государьская к ним милость будет». Спустя час царские посланцы вернулись, сообщив, «что владыка Арсеней Полоцкой из города вышел к воеводам со кресты
и собором. А Давоин воевода и дворяне, и все лутчие люди просят у государя милости, чтобы государь милость показал, розводу им не учинил и отпустил бы их в свою землю» 453 .
Выслушав челобитье полочан, Иван Грозный отправил с ответом обратно Черемисинова, которому «велел говорити: толко не выдет из города Давоин воевода и дворяне, и все лутчие люди, и стрелба в город не перестанет». И чтобы подстегнуть полоцкого воеводу и его советников, сделав слова своего посланца более весомыми, царь приказал продолжить обстрел города, мешая полочанам тушить пожары.
Прошел еще час, и Довойна с «лутчими людми» вышел из Полоцка. Иван Грозный послал к ним Черемисинова, приказав тому препроводить Довойну, Арсения и иных полочан, вышедших из города «в свой шатер в болшой». И спустя еще час «Иван Черемисинов со владыкою и з Довоином и с королевскими дворяны к государю приехали».
В дальнейших событиях наш герой, судя по всему, уже не играл сколько-нибудь значительной роли – и без него хватало тех, кто желал вкусить славы полоцкого «взятья». Можно лишь предположить, что Иван Черемисинов среди «всего воиньства» присутствовал на аудиенции, которую дал Иван Грозный Довойне, Арсению и их свите в тот же день 15 февраля 454 . Кстати, с Довойной, Быстрицким и Гарабурдой нашему