Цепи любви стр. 57
тянулось бесконечно. Джессика поднялась в детскую и застала там Грея. Он сидел спиной к двери на кровати сына, прижимая к себе любимого мишку Фредди.
Джессика собралась тихо выйти, но он вдруг глухо пробормотал:
– Нет, не уходите. Господи, когда я думаю, какой он маленький, какой беззащитный… мне нужно бы его искать, а не ждать здесь пассивно…
Джессика покачала головой, но, вспомнив, что Грей ее не видит, подошла к нему и тихо сказала:
– Нет, полицейские предупредили, что на случай каких-то новостей нам лучше оставаться в доме.
– Ужасно чувствовать себя беспомощным, – возразил Грей. – Должен же я что-то делать, в конце концов, он мой сын! – Помолчав, он добавил еще резче: – Вы, наверное, думаете, что это я во всем виноват, но поверьте, никто не может казнить меня сильнее, чем я сам! Если бы я только заглянул к нему вечером!..
Джессика, как и раньше, инстинктивно протянула к нему руку – простой жест, молчаливое проявление сочувствия. Горло ее свело от волнения, и она побоялась, что не сможет произнести ни слова. И вдруг Грей развернулся к ней. Лицо его было искажено отвращением к себе.
– Почему, ну почему Фредди это сделал?! – воскликнул он. – Неужели он так сильно боится меня, ненавидит?
– Нет, конечно нет, – сразу же ответила Джессика.
Должно быть, она незаметно для себя придвинулась к Грею, потому что вдруг оказалось, что их разделяет лишь несколько дюймов. И хотя какая-то часть ее разума предостерегала, что ей ни в коем случае нельзя этого делать, Джессика так искренне и глубоко сочувствовала Грею, что ей показалось самым естественным на свете делом ласково положить руку на его склоненную голову.
– Бог мой, Джессика, если с ним что-нибудь случится, я никогда себе этого не прощу…
Джессика и сама волновалась за Фредди, но сейчас она потрясенно застыла: опровергая все ее прежние представления о нем, Грей вдруг неловко подвинулся, обнял ее так крепко, что стало трудно дышать, и спрятал голову у нее на груди.
– Грей…
Голос ее чуть дрожал, в нем слышалась невысказанная мольба о том, чего сама Джессика сделать не могла. Но он не шелохнулся, только сжал ее еще крепче, тело его содрогалось от сдерживаемых рыданий, и Джессика поняла, что он не собирается отпускать ее, придется проявлять инициативу самой.
11
Грей словно почувствовал ее намерение отстраниться.
– Прошу вас, Джессика, не надо… позвольте мне… обнимите меня… – не поднимая головы, глухо пробормотал он куда-то ей в грудь.
Сквозь тонкую ткань блузки Джессика почувствовала его горячее дыхания и содрогнулась от неожиданно эротического ощущения. Пораженная собственной реакцией, она замерла, обостренно ощущая его близость. Грей вдруг выругался и с какой-то яростью, что ли, сказал:
– Черт подери, сам не знаю, что со мной творится в последнее время. Вы хотя бы догадываетесь, что я думаю о вас днем и ночью? Вижу вас во сне и просыпаюсь, умирая от желания… Бог мой, как вы мне нужны, я…
Он вдруг застыл, словно только сейчас осознал, что говорит, и заметил, как она потрясена. Он поднял голову и, не глядя на Джессику, добавил с горечью:
– Даже сейчас, когда мне нужно думать только о Фредди, я все еще мечтаю о вас…
– Это всего лишь шок, – мягко сказала Джессика. –