Череп епископа стр. 164
на зиму в избу, но бывший сотрудник мэрии категорически отказался. Он, конечно, любил животных, но не до такой степени, чтобы делить с ними кров. По счастью, после летнего набега варягов в деревне остался бесхозный дом. За прошедшие полгода у него успели оборваться двери, прохудиться пленка на окнах и просесть пол у печи, зато печь стояла целехонькая. Никита решил пожертвовать парой дней и привести жилище в надлежащий вид — во всяком случае, достаточный для того, чтобы хряки не накатали жалобу в райсобес. Он предпочитал топить на протяжении зимы два жилья, но спать без жизнерадостного похрюкивания под кроватью.
— Так что случилось, Настенька? — поинтересовался молодой человек, привычно засовывая топор за пояс.
— Там кровь! — указала она пальцем на запад. — Я чувствую смерть.
Никита рефлекторно посмотрел в указанном направлении, ничего не увидел и примирительно пожал плечами:
— Почему ты так решила?
— Я чувствую, — опустила руку Настя. — Он идет.
— Кто?
— Тот, кто давностью равен отцу варягов, кто силой сравним с новым Богом, а жадностью с тысячами Припекал.
— И кто это?
— У него нет имен. У него есть сила и жажда власти. Ты должен остановить его, Никита! — неожиданно повернулась к своему супругу навь.
— Как? — Хомяк на всякий случай проверил наличие кистеня за пазухой. — Я ведь не священник, чтобы заклинать духов.
— Нет, нет! — остановила его Настя. — Он не боится заклинаний волхвов нового Бога. И он не может сражаться сам, ибо бесплотен. Но он подчинил себе смертных и заставил их воевать вместо себя.
— Зачем?
— Наверное, он хочет придти сюда, к отцу варягов и уничтожить его.
— Да? — засомневался Хомяк. — А то, что на земле люди уже давным-давно поклоняются Христу, Будде, Аллаху, Элтону Джону и Ошо Раджнишу, это всем по барабану?
— Ты говоришь про музыку нового Бога? — навь пожала плечами. — Дух слишком древен и может не знать о его существовании.
— А я, значит, должен отдуваться за всех? — понимающе кивнул Хомяк.
— Нет, тебе не нужно брать в руки меч, — Настя подошла к супругу и прижалась к его груди. — Ты не вой, ты плоть земли. Твое дело не сражаться, а трудиться на ней. Но ты можешь предупредить людей железа, что на землю пришла беда. Она крадется тайно, как змея, увидевшая мышонка, она ядовита и станет умерщвлять всех, кто встретится на пути.
— Людей железа? — зачесал в затылке Никита. — Это реконструкторов, что ли?
— Тех, кто защищает землю.
— Ну, судя по тому, как они примчались после появления разбойников, предупреждать следует именно их.
— Так ступай, Никита. Кровь уже пролилась. Я чувствую… Я чувствую ее запах, я ощущаю бесполезно истекающую
жизнь. Торопись.
— Ну да, — кивнул Хомяк. — А что я им скажу? Жене кровь мерещится? Кто мне поверит?!
— Правду скажи, Никитушка. Что хочешь говори, но только пусть они в поход собираются. Змею в свой дом пускать нельзя. После нее остается яд…
— Завтра пойду, — решительно отрезал Хомяк. — Свиньи в наших бедах не виноваты, их в тепло перевести нужно. Да и не успею я засветло до Суйды дойти. Лесом туда пути нет, а по реке дорога втрое длиннее выходит.
Глава 2. ЗИМАТот самый путь, который еще прошлым летом, организуя праздник города, Хомяк преодолевал на своем «Додже» всего за час, на этот раз