Библиотека

Череп епископа стр. 206

Размер шрифта
-
+
Тема

торговых дней. Нет, боярскую вольницу на Русь более допускать нельзя! Не останется тогда страны более, разорвут в клочья, как волчья стая заблудшего телка. Пусть кровь православную проливать грешно — но за этот грех перед Господом он отвечать согласен.

— Усмирим, — кратко ответил опричник, слегка побледнев в лице. — Ради Руси Святой нового такого надругательства не допустим.

* * *

Поутру кавалеру Ивану командующие сотнями дворяне впервые сообщили не о погибших и раненых, а о замерзших и обмороженных. Отогреться в чистом поле с помощью костров не удавалось, а мокрая одежда кнехтов практически не грела. Стоимость проклятой Богом русской деревеньки стремительно приближалась к ста воинам — погибшим, раненным, обмерзшим. Она просто-напросто не стоила таких огромных потерь! Да еще время, о котором господин епископ не напоминал, но задержись они здесь еще хоть на день без явного успеха…

— Господа кавалеры, братья рыцари! — обратился сын Кетлера к крестоносцам. — Сегодня нам следует вспомнить пример французских рыцарей, почти сотню лет сражавшихся с англичанами в пешем строю. Каждый из вас стоит сотни язычников, и все, что от вас требуется, это войти в крепость первыми и истребить всех, кто посмеет поднять на нас оружие! Остальное доделают кнехты, которые станут прятаться за нашими спинами.

Он намеренно назвал русскую деревушку крепостью — дабы никто не мог потом сказать, что крестоносцы пешим строем, сомкнувшись плечом к плечу и укрывая за своими спинами легкую пехоту от вражеских стрел штурмовали несколько деревенских изб. Если господин епископ не пытается ввести его в заблуждение, то за земляными валами укрываются не больше двух десятков воинов. Против закованных в латы рыцарей им, естественно, не устоять, а всякого рода бабы и подростки, способные плескать водой из-за частокола или тыкать через него копьями и топорами, для открытого боя совершенно непригодны. Нужно всего лишь добиться возможности встретиться с язычниками лицом к лицу, клинок к клинку — и втоптать их в снег, а всех остальных жителей деревни выгнать на улицу, раздеть и поливать водой до тех пор, пока они сами не превратятся в ледяные статуи!

— Мы выстроимся в три шеренги, не давая лучникам возможности стрелять в прячущихся за нами кнехтов. Они засели в центре крепости, и на таком расстоянии из лука нашего доспеха не пробить. Когда мы окажемся внутри, русским останется только сдаться или умереть.

На этот раз командующий желал принять участие в сече сам. В нем накопилось слишком много ярости, слишком много ненависти против дикарей, не желающих признавать общепринятые законы и несколько раз подряд заставлявших оправдываться за их тупость и упрямство. Какое должно быть наслаждение опустить свой

длинный меч на их безмозглые головы!

За деревней громыхнули пушки — ратный день начался.

— Барон де Толли! Простите, но вам придется остаться здесь. Кто-то должен командовать кнехтами и начать атаку одновременно с нами, чтобы не дать лучникам уйти из центра деревни к воротам. В вашем распоряжении пять сотен епископских пехотинцев. Сигнал к общей атаке будет дан с помощью трубы.

Рыцари обошли селение прямо по открытому пространству, вырубленному язычниками. В своих сверкающих латах они чувствовали себя в полной безопасности от возможных стрел и камней. Впрочем, стрелять по ним никто и не стал. За полчаса чуть больше сотни закованных в броню опытных воинов

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.