Черная кошка в темной комнате стр. 21
эталонная фигура, — с апломбом заявила продавец, — плюс десять сантиметров роста — и только на подиум! Знаете, я абсолютно уверена, что это платье ждало именно вас.
— На нем можно написать ваше имя! — поддержала блондинку смуглая темноглазая брюнетка.
— Хм… Тогда пишите: Полина Аксенова. И готовьте все ваши скидки, бонусы, промокоды. Я не миллионерша.
— С таким платьем — будете! — убежденно сказали девочки.
Мудрили девчонки долго, но в итоге все оказалось не так страшно. Терапия от зеленых глаз обошлась мне, со всеми скидками, в 22 тысячи. Но оплатить можно было с рассрочкой за три месяца.
Ладно! Охоту тешить — не беду платить.
…Знать бы заранее, во что мне на самом деле обойдется это клятое красное платье — утопила бы его в ближайшем болоте. Да, пожалуй, и сама бы вслед за ним нырнула. От греха подальше, от беды поглубже.
Нам не дано предугадать…
Глава 5
— Повторяю еще раз, как для неразумных маленьких детей — я не видел ее, я не видел его, и поэтому не могу сказать ничего определенного, — произнес профессор.
Мы сидели на его кухне, отделанной в светло-коричневых тонах и до зубовного скрежета стандартной. Не то, чтобы я обожала всякие салфеточки, расписные тарелки и шторки с бантиками… но все же лампочки без плафонов и жалюзи вместо занавесок на кухне — немножко дико. Впрочем, внушительная коллекция магнитиков на холодильнике слегка примиряла с действительностью
Да и что я от него хочу?
Профессор жил один уже… даже не знаю, сколько. Когда я училась в институте, он уже был один. Бывшая супруга жила в Германии с новым мужем. Взрослый сын с женой и детьми в Штатах. Иногда профессор выбирался к ним погостить, и визиты эти были дружескими, весьма приятными, но ничего «такого» не предполагающими.
Почему он не женился снова?
Почему я никогда не задавала ему этого вопроса?
…А меня это, вообще, касается? Мало ли у человека своих тайн. «В каждом Копатыче должна быть какая-то загадка», уважайте личное пространство, госпожа психолог. По крайней мере, пока вы не на работе.
— Я надеялась, что вы мне хоть что-то подскажете, — буркнула я, кромсая омлет. Это было своего рода традицией, которая возникла еще в те времена, когда я бегала к нему за консультациями по диплому: профессор всегда меня кормил, — записи же есть. Мне не нужен диагноз, подскажите мне направление, куда рыть!
— Запуталась? — спросил он безо всякого сочувствия и улыбнулся улыбкой чеширского кота.
— Есть немного. То, что он в нее влюблен, как восторженный подросток, даже голуби с крыши видят. А она… Если любит — почему скрывает, причем ото всех. Если нет — зачем замуж вышла? Оставила бы в любовниках. Он бы согласился, да… Он бы на все согласился.
— Точно? — профессор вдруг выстрелил в меня неожиданно жестким взглядом, — не ошибаешься? Этот Никита не может быть тряпкой. Не с его профессией.
— Да нет, он достаточно жесткий парень. Но к Ларисе все это не относится.
— Тебя снова на третий курс записать? Лекцию о замещениях помнишь? Или, как все студенты, сдала и забыла…
— Типа, — я поморщилась, — неудовлетворенность в браке находит выход через алкоголизм одного из супругов. Если его «подшить», он может заместить тягу к алкоголю агрессией.
— Сколько такие