Библиотека

Чёрная месса стр. 116

Размер шрифта
-
+
Тема

Озильон, эскортирует других узников до замка Белль-Иль».

Среди этой печальной последней партии приговоренных, отправлявшейся пешком по изрытым дорогам в декабре месяце, несмотря на жестокий холод, длившийся целыми днями, находилась и Мария-Маргарита Вуазен, невеста Романи. Вместе со своими товарищами по несчастию, истомленными, ослабевшими, огрубевшими, карабкаясь по горестной голгофе, она расплачивалась за преступления прорицательницы. Слезы бороздили ее похудевшие щеки, когда она думала о несправедливой судьбе, влекшей ее по тяжелому пути среди деревень, покрытых снегом, и навсегда наложившей на нее печать позора. Обезнадеженная после задержания ее злополучной матери и чувствуя, что ей угрожает опасность, она тщетно пыталась скрыться в Англию по предложению Гибура, который должен был ее сопровождать. В свою очередь задержанная, она хотела тогда, как нам сообщил Ларейни, «самоубиться и удавиться». Но злополучная молодая девушка, падавшая в обморок при виде крови святотатственных месс, доброе и нежное дитя, не могла избежать мрачной судьбы. Невинная и безропотная жертва, она была предназначена медленной смерти в мрачной тюрьме на берегу моря. Невозможно не пожалеть при мысли, что бедная Маргарита подверглась плачевной судьбе, потому что она знала тайны маркизы Монтеспан. И тут еще жестокость маркизы заставляет течь бесполезные слезы и требует наказания, столь же ужасного, сколько и незаслуженного.

Что касается до «прекрасного и ловкого Романи», то после трехгодичного пребывания в Венсенской тюрьме он был отправлен 5-го января 1683 года в Безансон и заключен в узкий каземат, в котором руки и ноги приковывались к стене тяжелыми цепями, где он прожил тридцать шесть лет. Некоторые узники оставались в этой крепости более сорока лет, и там же умер аббат Гибур в 1686 году.

Благодаря какому же высокому покровительству этот презренный человек избежал страданий на костре – страданий, которые претерпели другие уголовные преступники, менее гнусные, чем он?

Нельзя было бы указать на его священническое одеяние, так как аббат Каттон, аббат Турнэ, аббат Даво были казнены на Гревской площади. Гибур был слишком близок к фаворитке, и опасались важных разоблачений, которые вырвала бы у него пытка.

Не мешает вспомнить поразительный портрет этого нечестивого патера, начертанный Ларейни:

«Этот человек, которого нельзя ни с кем сравнивать по количеству отравлений, размаху дел в торговле ядами, колдовству, святотатству и беспутству, известный всем злодеям и знавший их всех, признавшийся в громадном количестве ужасных преступлений и подозреваемый в участии во многих других, этот человек, удушивший и принесший в жертву множество детей, который, кроме святотатства, в котором он сознался, исповедовался в гнусностях, которые невозможно изложить».

Прибавим для дополнения этого портрета, что презренный, не довольствовавшийся душить детей других лиц, приносивший в жертву даже собственных, также соблазнил множество девушек, среди которых были Флерет и Жанетон. От этой последней, шестнадцатилетней племянницы палача, у него было двое детей. Первого ребенка он утопил в речке Лорадон, протекавшей около Маркусси, второго он закопал в саду Монтери, после того как удушил. Флерет подарила ему также ребенка, которого он заточил в монастырь. Что касается других, то они были принесены в жертву во время черных месс.

И отравитель-артист, каким был Гибур, незаконный сын Монморанси, в жилах которого текла кровь мятежника, встретил непостижимую пощаду во время своего заточения.

Наконец, те, кто принимал участие в этом злополучном деле об отравах, мало-помалу исчезли.

И тюрьмы

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.