Библиотека

Черный беркут стр. 381

Размер шрифта
-
+
Тема

бы он пойти проводником? С одной стороны — деньги, в которых он нуждался, относительно не пыльная работа — лежи в пещере, жди, когда тебя освободят. С другой, самое неприятное: люди Юсупа могут и не внять его мольбам, оставят в пещере. Тогда помощи ждать придется дольше, покуда обеспокоенные родственники не отправятся на его поиски.

Донабай еще раз прикинул запасы воды и с уверенностью заключил, что на неделю хватит.

А почему, собственно, воины Юсупа не захотят освободить его? Полевой командир наверняка переговорил с Мирзой, знает, что проводником Донабай пошел лишь по одной причине: Мирза предупреждает Юсупа о русских гостях, о своем маленьком хитром плане, который приведет русских в западню. Кто знал, что в хитрости они превзошли таджика? Но не от Мирзы зависит окончательное решение. Есть полевой командир Худойкулов — храбрый, талантливый воин, он и решит, что делать.

Проводник присел, заглядывая в щель, и по положению солнца на небе определил время. Наверное, около десяти. Русские уже не придут, это точно. Без проводника в горах делать нечего. Выходит, они воспользовались третьим вариантом и у них есть поддержка, транспорт. Сможет ли Юсуп просчитать столь необычный ход?

— Если не вернемся до рассвета, — сказал ему главный у русских, — значит, не придем вообще. Тебя освободят люди Худойкулова.

Донабая втолкнули в пещеру, оставили провиант и подкатили к входу громадный камень.

Таджик забеспокоился: а что, если воины Юсупа не захотят возиться с камнем, а воспользуются взрывчаткой?

Он быстро прошел в конец пещеры. Четырнадцать шагов. Да они похоронят его, если взорвут камень!

Донабай кинулся к выходу. Делая подкоп, он снова начал звать на помощь.

* * *

Пятнадцатилетний Сафи не торопился. По горной дороге он прошел около трех километров; отец сказал: «Далеко не уходи. Разожжешь костер выше колодцев, за горой».

Сафи поправил за спиной видавший виды хурджин, с которым его прадед ходил по рынкам Бухары. Сейчас в нем бряцало несколько пустых банок из-под тушенки.

Мальчик хорошо знал эту дорогу. Она была знаменита тем, что в двадцатых годах за перевалом скрывалась банда басмачей во главе с Джабаром-хаджи. Делая набеги на поселения, он вырезал семьи, которые дерзнули якшаться с коммунистами. Таджикам отрубали головы и сбрасывали в ямы. Комиссаров вздергивали на виселицы, ждали две-три минуты, когда из ушей и носа пойдет кровь, отпускали веревку, перекинутую через блок, давали жертве дышать. Затем повторяли сначала. И так десять-пятнадцать раз, пока несчастный не затихал навсегда.

На склоне горы Сафи набрал воды из колодцев, соединенных между собой. Вода была прохладная, вкусная. Здесь нужно оставить первый след,

или улику, как сказал отец. Паренек развязал хурджин, вынул бумажный пакет и побросал на землю окурки.

Русские гости много курили, но окурки не выбрасывали, складывали отдельно. Отец одобрил: толково.

Дальше Сафи предстояло преодолеть довольно крутой подъем, потом немного спуститься и разжечь костер. Ниже, к руслу высохшей речки, он не пойдет.

Мальчик замешкался. Воровато озираясь, словно находясь во дворе своего дома, он вынул из кармана сигарету, которую вчера вечером стянул у гостей, и закурил.

Он наслаждался табачным дымом, выпуская его изо рта тонкой струйкой. После нескольких затяжек голова слегка закружилась. Мальчик повеселел. Докурив до фильтра, он бросил окурок рядом с остальными и начал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.