Черный беркут стр. 545
Слезы душили его.
— На, попей, командир. — Алексей протянул Орешину фляжку.
Зубы Орешина дробно ударили в горлышко фляги. Ему хотелось раскромсать зубами металл, чтобы из него брызнула кровь Расмона.
— Безари, сволочь! — прошипел он.
— И еще какая! — с интонациями Брюса Уиллиса подхватил Ремез. Он думал о том, как бы побыстрее добраться до границы с Узбекистаном, «спихнуть» Орешина и возвратиться сюда.
Но сначала нужно остаться в живых. Для этого все делали подоспевшие на помощь Кавлису три бойца. На какое-то время Ремезу показалось, что огонь из пяти «бизонов» перекрыл мощный присвист пуль из «узи». Потом машинально отметил: «бизон-2» патронами «парабеллум» 9x19 из четырех точек. Первые «бизоны» были сделаны под патрон «ПМ», в подствольный магазин их умещалось 64, они были недостаточно мощными. Модификация «бизон-2» вмещала в магазин на два патрона больше, зато каких — 9x19 «парабеллум»...
Алексей напрягся: из четырех точек...
Из четырех... Почему из четырех, когда бойцов пять?..
— Что случилось, Леша? — Командир в который раз тронул его за плечо. Он чувствовал обеспокоенность бойца.
— Один ствол замолчал... Не слышу пятого.
70Москва, Управление по борьбе с терроризмомВ беседе с генералом Головачевым Осоргин понял, что основная цель силовой акции — спасти положение, в которое поставил Департамент "А" и вышестоящее руководство майор Кавлис, — может быть провалена. Виной тому станут все те же «беркуты». Кто-кто, а они не ограничатся тем, что выявят и подберут группу Кавлиса. Они сделают все, чтобы освободить своего командира из плена (если Кавлис не успел), пойдут даже на неисполнение приказа. Головачев во время своего первого визита в Управление, докладывая о похищении жены и сына Орешина, недвусмысленно намекнул, что у него набралось человек пятнадцать-двадцать, все они рвутся в отпуск. Осоргин сделал хороший ход: запретил начальнику штаба отпускать «беркутов» в очередные отпуска, объявив в подразделении повышенную боевую готовность.
И вот, спустя несколько дней, его снова хотят поймать на грубом просчете, заставить совершить ошибку, уже
вторую — первый раз его натянул Кавлис не без помощи Аксенова и Куренкова. Теперь Головачев попытался «объехать» директора Департамента, говоря о взаимопонимании, пудря мозги «четким управлением и взаимодействием», настаивая на том, что освобождать Орешина нужно силами спецподразделения «Черные беркуты». Осоргину было от чего насторожиться, что он и сделал. Чертов Головачев прямо пыжился, но в разговоре с директором тоже допустил ошибку, заявив: «Ох и злые „беркуты“!» — откровенно высказался относительно шкур и клыков.
Генерал подбивал Осоргина на то, чтобы тот подключил к этому делу спецбригаду, которая может грубо наплевать на основную задачу — спасти положение. Что потом, посылать еще одну, чтобы та спасла другую, которая не захотела спасать? И сколько это будет продолжаться? Совсем недолго, пока добрым пинком Осоргина не вышибут из кресла директора Департамента. Согласись он на предложение генерала и не подумай вовремя, отзывать «беркутов» было бы уже поздно.
Осоргин снова недобрым словом помянул Головачева и Кавлиса.
Директору Управления вменялось подобрать малоподготовленный отряд Кавлиса потому, что чем дальше, тем хуже, не исключалось, что «беглый майор» мог наткнуться на отряд боевиков Юсупа Худойкулова, который дислоцирован неподалеку от тех мест. Появление русских не могло пройти незамеченным, они так или иначе должны были собрать информацию о расположении отряда Безари Расмона. Вести в тех местах распространяются