Черный беркут стр. 66
как раз кстати. Больше никто не согласился. Завтра познакомитесь.
— Тебя-то легко отпустили?
— У нас не воровские законы, — отрезал Ремез, уходя от ответа.
— Вы о чем? — Сапрыкин переводил взгляд с майора на Алексея: «Как отпустили? Какие законы?»
Пичуга криво усмехнулся:
— Подрастешь, узнаешь.
28МоскваЗа Володей Орешиным в Москву приехала сестра Анны Ольга Дьяконова. Мальчик находился в психоневрологической детской больнице № 18, Мичуринский проспект, 6, бывшая улица Пельше. Ольге ни за что бы не отдали ребенка, не вмешайся в это дело генерал-майор Головачев. Поначалу он уговаривал женщину оставить мальчика в больнице хотя бы на неделю.
— Ольга Васильевна, мальчик все еще в стрессовом состоянии, ему просто необходима медицинская помощь. Ну не верите мне, послушайте совета доктора.
Главный врач отделения Надежда Осиповна Ильинская, маленькая пожилая женщина с цепким взглядом, категорически отказывалась выписывать пациента.
— Нет и нет. — Она сурово посмотрела на Ольгу из-под очков. — И хотела бы вас понять чисто по-человечески, но не могу. Не хочу сочувствовать, потому что я врач. Если я начну всем сочувствовать, больница превратится в благотворительный дом инвалидов. Инвалидов, вы слышите?
Ольга стояла на своем:
— Мальчик не привык находиться вне дома. Он вообще впервые попал в больницу.
— Вы думаете, я привыкла? — Ильинская, смеясь, закашлялась и потянулась к пачке «Беломорканала». — Однако представления у вас... Это не дом родной, моя милочка. И не верьте тому, кто скажет, будто на работе чувствует себя как дома. Абсолютное вранье!
— Он сразу почувствует себя лучше, когда окажется среди родных. Разве это не так?
— Не буду спорить. Но это проявится только внешне и на короткий промежуток времени. Потом мальчику снова понадобится медицинская помощь. А положение между тем усугубится.
— Я все-таки настаиваю на том, чтобы забрать Володю. В конце концов, у меня есть на это право. У меня есть такое право, Александр Ильич? — Ольга посмотрела на Головачева.
С первой минуты их знакомства генерал не спускал глаз с этой женщины. Он не заметил большого сходства Ольги с Анной. Старшая сестра была выше, глаза черные, требовательные. При других обстоятельствах он бы не преминул поухаживать за ней. И все же, как ни старался, не смог согнать с лица явной заинтересованности, отчего злился на себя.
Ильинская не дала ответить генералу. Она всплеснула руками:
— Ну вот, опять вы за свое! — Главврач аккуратно потушила папиросу в пепельнице. Затянула паузу, убирая курево в ящик стола. — Хорошо, давайте сделаем так. Я вам дам адрес больницы в Петербурге, куда вы ежедневно будете ходить на прием. Там понаблюдают за состоянием мальчика. Но! Если там скажут, что ему необходимо стационарное
лечение, — никаких разговоров! Вы поняли меня?
Растроганная Ольга поблагодарила Ильинскую.
— Я бы приняла благодарность, если бы вы послушались моего настоятельного совета и оставили мальчика в больнице еще на неделю. А так не стоит благодарить меня, надо только ругать. Идите. — Ильинская, не глядя на женщину, махнула рукой.
— Спасибо, Александр Ильич! — Ольга двумя руками пожала ладонь Головачева, когда они вышли из кабинета врача, — Я вас уверяю, что Володя быстрее поправится у меня дома.
Генерал, в отличие от Ильинской, благодарность принял, но при этом слегка стушевался.
— Всегда рад помочь вам, Ольга Васильевна. Я провожу вас до палаты.
Мальчик, завидев тетку, соскочил с кровати