Библиотека

Чёрный дом стр. 141

Размер шрифта
-
+
Тема

ничтожествами?

— Пососите у эльфа, — бросает им вслед Тай. Это ругательство он услышал на канале фантастики, в мини-сериале «Десятое королевство». Да и особого смысла догонять их нет. Он же знает, что найдет их на автостоянке магазина «С семи до одиннадцати», где они будут есть «слурпи» и обмениваться картами «Магия». Это еще одна причина недовольства Тая своими друзьями. Он бы предпочел обмениваться открытками с фотографиями бейсболистов. Но Эбби, Ронни и Ти-Джи не интересуются «Кардиналами», «Индейцами», «Красными носками» или «Пивоварами». Эбби докатился до того, что обозвал бейсбол игрой для геев. Такое высказывание Тай полагает скорее глупым (а автора можно только пожалеть), чем оскорбительным.

Он медленно катит велосипед по тротуару, восстанавливая дыхание. Вот и перекресток Чейз и Куин-стрит. Эбби называет Куин-стрит Гомик-стрит. Разумеется. Неудивительно. Но это еще не самое страшное. Тайлер любит сюрпризы, любит узнавать, видеть что-то новенькое. Эбби Уэкслер — нет. Так что кардинально разной реакции на музыку, доносившуюся из кабины проезжающего пикапа, следовало ожидать.

Тайлер останавливается на углу, смотрит на Куин-стрит. С обеих сторон зеленые изгороди. Над той, что по правую руку, видны красные крыши связанных между собой зданий. Дом престарелых. За главными воротами выставлен какой-то щит. Из любопытства Тайлер садится на велосипед и медленно едет по тротуару, чтобы посмотреть, что написано на щите. Длинные ветви, вылезающие из изгороди, цепляются за руль.

На щите нарисована огромная клубничина. Под ней надпись:

«СЕГОДНЯ КЛУБНИЧНЫЙ ФЕСТИВАЛЬ!» «Что такое Клубничный фестиваль? — думает Тай. — Вечеринка для стариков?» Это вопрос, но не слишком интересный. Постояв у ворот несколько секунд, он разворачивает велосипед, чтобы вернуться на Чейз-стрит.

***

Чарльз Бернсайд входит в мужскую комнату крыла «Маргаритка», по-прежнему улыбаясь и сжимая в руке любимый камень Батча. Справа от него — ряд раковин с зеркалами над ними.

Зеркала металлические, какие можно найти в туалетах баров и салунов низкого пошиба. В одном Берни видит собственное улыбающееся отражение. В другом, ближе к окну, — маленького мальчика в футболке «Милуокских пивоваров». Мальчик стоит, оседлав свой велосипед, напротив ворот, смотрит на щит, извещающий о Клубничном фестивале.

Берни начинает пускать слюни. Они не ползут по подбородку, как у немощного старика. Берни пускает слюни, как злой волк из сказки, они пузырятся в уголках рта и стекают по подбородку белой пеной. Рассеянно он стирает их одной крючковатой рукой, сбрасывает на пол, не отрывая взгляда от зеркала.

Мальчик в зеркале — не один из бедных, заблудившихся в лесу крошек, на которых точит зубы волк. Тай Маршалл прожил во Френч-Лэндинге всю жизнь, он тут все знает… но может заблудиться. Очень даже легко. А потом очутится в некой комнате. В некой камере. Или потащится к странному горизонту на обожженных, кровоточащих ножках.

Особенно если все будет как хочется Берни. Ему надо спешить, но, как мы уже заметили, Чарльз Бернсайд, при определенных обстоятельствах, может двигаться очень быстро.

— Горг, — говорит он зеркалу. Произносит это ничего не означающее слово ясно и четко. — Давай, Горг.

И, не дожидаясь, что за этим последует, он и так знает, поворачивается и направляется к ряду из четырех туалетных кабинок. Входит во вторую слева и закрывает за собой дверь.

Тайлер только успел оседлать свой велосипед, как за изгородью, в десяти футах от

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.