Библиотека

Черный треугольник. Дилогия стр. 63

Размер шрифта
-
+
Тема

всем губерниям республики. Комиссар иностранных дел, насколько мне известно, тоже принял соответствующие меры. Кроме того, я отправил всем Советам народной милиции списки с перечнем наиболее ценных вещей. Кстати, когда я разговаривал с юрисконсультом патриарха, он говорил, что подобные же списки будут им подготовлены для рассылки по епархиям. Это сделано?

– Нет.

– Почему?

– Не знаю.

– Жаль.

– Да, епархии следовало бы оповестить, – согласился он и спросил: – Вы разрешите мне снять копию с этого решения?

– Разумеется. Но зачем? Сразу же после того, как решение было принято президиумом Совдепа, я отправил его Тихону с курьером уголовно-розыскной милиции.

– Патриарх не получал этого документа.

– Почему вы так считаете, Александр Викентьевич?

– Он мне о нем ничего не говорил.

– Разумно.

– Что именно? – не понял Димитрий.

– Разумно сделал, что не сказал, – объяснил я. – Иначе бы заявление, с которого началась наша беседа, получилось бы у вас менее внушительным и официальным. Умолчанием он значительно облегчил вашу задачу: «Большевики не заинтересованы в розыске похищенного и совершенно ничего не делают в этом направлении». Очень разумно.

Архимандрит нахмурил брови:

– Вас всегда отличало неуважение к служителям церкви, Леонид.

– Мне слишком часто приходилось с ними встречаться.

– Однако святейшего патриарха вы не знаете и никогда с ним не говорили, – возразил он, тем не менее копии с решения Совдепа снимать все-таки не стал.

– Кроме того, – сказал я, делая вид, что не заметил впечатления, которое на него произвела забывчивость патриарха, – нами было проведено в эти дни около двадцати облав в разных местах Москвы: на Грачевке, Верхней Масловке, в Марьиной роще, на Хитровом рынке, Смоленском, на Сухаревке. Проводили мы и обыски, прежде всего в ювелирных и антикварных магазинах.

– Вы нашли что-нибудь из похищенного?

– Да. При повальном обыске в Верхних торговых рядах агентами уголовно-розыскной милиции обнаружено 37 жемчужин, из которых три, бесспорно, похищены из ризницы.

Этим удачным обыском в Верхних торговых рядах занимался Волжанин. Поэтому-то я после сегодняшней неудачи с Мессмером и не потребовал его отчисления. Как-никак, а эти жемчужины были первым нашим реальным, а главное – осязаемым успехом.

На Димитрия сказанное произвело впечатление.

– 37 жемчужин… Где, говорите, их нашли?

– В Верхних торговых рядах, в магазине Глазукова.

– Глазукова? Анатолия Федоровича?

– Совершенно верно.

– Позвольте, позвольте, но я его знаю как благочестивого человека, – поразился Димитрий. – Он же в союзе хоругвеносцев.

– Он прежде всего коммерсант, Александр Викентьевич, – уточнил я. – Глазукова допрашивал наш инспектор. На допросе он сказал, что купил жемчуг по случаю у неизвестного, которого встретил в Богородской бирже труда, где ему должны были рекомендовать приказчика. Человека, продавшего жемчуг, он, само собой понятно, не запомнил и узнать не сможет, очень сожалеет, что попал в историю, и прочее.

– Может быть, он действительно не знает человека, у которого купил жемчуг?

– Может быть, хотя и сомнительно. Но как бы то ни было, а жемчужины у нас. Если хотите полюбопытствовать, пожалуйста…

Примерный прихожанин, член союза хоругвеносцев и скупка краденого никак не могли совместиться в голове архимандрита.

– Я же хорошо знаю господина Глазукова, – пробормотал он, – порядочен, благочестив, глубоко религиозен…

– Человек от природы многогранен, Александр Викентьевич, – утешил я. – К вам он повернулся одной гранью, к нам – другой. Да и стоит ли его уж так винить? Может

быть, он не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.