Черный замок над озером стр. 117
себе… – прошептала Ирина.
– Вот именно, – кивнул следователь.
Ирина с Леной одновременно выскочили из-за своих столов и бросились в коридор. Мужчина посторонился, пропуская их.
– Это правда? – тихо спросила Женя.
Следователь кивнул.
– Правда. Сначала мне натуральным образом подкинули киллера. Пригнали машину, в которой он находился в связанном состоянии. В салоне был обнаружен диск с камеры видеонаблюдения вашего двора, на нем имелась запись момента убийства Шашкина. А еще лежал диск с распечаткой телефонных звонков киллера. Выяснилось, что тот звонил несколько раз Пасюк. То, что они прежде были знакомы, мы установили сразу, только это ничего не доказывало. Но мы работали, и сегодня
я вызвал к себе мужа Пасюк, предъявил ему обвинение. Вернее, честно говоря, просто жестко наехал на него. Кэлман сразу заявил, что по закону имеет право не свидетельствовать против близкого родственника. Но я показал ему Уголовный кодекс, и Василий Трифонович сознался, что его жена по собственной инициативе, втайне от него, организовала это убийство, так как хотела сделать его ректором института, чтобы и самой получить какие-то привилегии. Кэлман так испугался, что сказал «преференции» и два раза просил разрешения выйти в туалет. Четыре листа показаний своей рукой настрочил да еще озаглавил свое произведение так: «Чистосердечное признание». Правда, слово «чистосердечное» раздельно написал. А еще профессор! Хотя он и слово «профессор» написал через два «ф» и одну «с». Если верить его признанию, то Кэлман якобы случайно узнал о том, что жена заказала Шашкина, хотел сообщить раньше, да все дела мешали.
Из коридора донеслись крики. Следователь прислушался.
– Я должен идти.
– А мне что делать? – спросила Женя. – Кэлман меня уволил.
– Мне кажется, что он скоро передумает.
Следователь помолчал, а потом сказал:
– У вас очень хороший защитник. Цените это.
Женя кивнула.
– Я знаю.
Оставшись одна, она снова набрала номер Сергея и, когда пошел вызов, не сбросила. Но женский голос сообщил, что в настоящий момент абонент не отвечает, и посоветовал позвонить позже.
Из коридора, переполненные впечатлениями, вернулись Ирина и Лена, которые наперебой начали рассказывать, как Пасюк вырывалась из рук полицейских. Ей даже удалось это сделать. Она села на пол у стены и вопила, что все менты – козлы, потому что не знают, с кем связались. Мол, стоит ей сделать всего один звонок, и их всех тогда уволят. А потом у нее началась истерика.
– Алла плакала, билась о стену и визжала, что уничтожит всех, – сообщала подробности Лена. – Потом, уже когда ее буквально уносили, Пасюк рыдала и повторяла только одно: «Телефон… где мой телефон «Верту»?»
– Мне ее жалко, – вздохнула Женя.
Ирина и Лена посмотрели на нее с недоверием, потом переглянулись и спорить не стали.
Глава 28
Кэлман не отменил свой приказ относительно методиста Евгении Лукошкиной – не успел. Оказалось, что министерство науки и образования раздумало назначать его ректором. На факультете он появился всего один раз – когда пришел забирать свои вещи. Пришел как можно позже, заранее договорившись с секретаршей. А буквально вслед за ним в институт прибыл новый руководитель – бывший доцент кафедры стилистики Коровкин, который, кстати, поработав недолго в другом вузе, успел стать профессором. Кэлман столкнулся с ним в ректорском кабинете, хотел сразу выскочить, но порядочный человек Коровкин сам вышел, давая Василию