Чесменский бой стр. 105
Слиридова, что может сказаться в будущем в их взаимоотношениях.
– Достаточно! – Первый лорд жестом остановил Мура. – Садитесь! Кто желает высказаться, джентльмены?
Слова попросил высокий и худой вице-адмирал Сандерс, командующий эскадрой метрополии:
– По-моему, здесь все ясно. Корабли у русских тонут, люди умирают, а ведь они не прошли еще и половины пути. Впереди Бискай! Если даже часть из них доберется до Средиземного моря, то там их быстро добьют турки, флот которых сейчас вполне боеспособен. Сандерса дружно поддержали остальные.
– Понятно, – остановил дебаты лорд Гаукс. – Теперь о наших отношениях с русскими. Вчера я имел длительную беседу с Вильямом Питтом, который рекомендовал нам не слишком усердствовать в своей помощи им, а делать только то, что не сделать уже никак нельзя. Согласно договору, мы должны прикрывать русских от французского флота, но кто упрекнет нас, если мы случайно разминемся с ними и французы окажутся один на один с кораблями Спиридова? В море ведь всякое бывает… Наша цель – не обеспечить победу русских на Средиземноморье, а лишь хорошенько ткнуть туда всей их медвежьей мордой, да так, чтобы они там ее и разбили! Поэтому вам, Сандерс, предстоит идти вслед за русскими и следить за каждым их шагом. – Моя эскадра готова! – вскочил тот с места.
– Но учтите, сражаться вам, возможно, придется не с французами, как будет официально объявлено в парламенте о целях вашей экспедиции, а с русскими.
Первый лорд знал, что говорил. Свою карьеру он начал именно с этого, напав вероломно перед Семилетней войной на французский торговый конвой и уничтожив его. Сандерс был тоже из решительных.
– У меня 11 кораблей, это более 800 орудий, я перетоплю всех, кто будет стоять у меня на пути, как котят! – Нужна ли помощь, адмирал?
– Единственная, сэр. Я хотел бы видеть под своим флагом вице-адмирала Джона Байрона* и капитанов, на которых мог бы положиться в трудную минуту.
– Я подумаю над этим, – кивнул лорд. – Теперь дальше. На днях я обговорил с новым русским послом Мусиным-Пушкиным вопрос о присутствии на эскадре Спиридова нашего представителя лорда Эффингема, который будет информировать вас обо всем, что происходит у русских. В дальнейшем эти обязанности возьмет на себя контр-адмирал Эльфинстон. Я верю, что мы ведем беспроигрышную игру…
В карете с резными якорями на дверцах контр-адмирал Мур возвращался в Портсмут. Другая карета с такими же адмиралтейскими якорями уносила в Плимут, где готовились к выходу в море ударные силы метрополии, вице-адмирала Сандерса. Настоящая политическая игра только начиналась!
Через двое суток поздним вечером из Лондона на север по направлению к старому Медменхемскому аббатству выехала карета. Окна ее были плотно зашторены от лишних взглядов. Далеко за городом в пещерах под аббатством собирались по ночам рыцари элитного клуба «Адского огня». Туда и спешила обитая клеенкой карета.
Первый лорд адмиралтейства адмирал Эдуард Гаукс прибыл вовремя. «Рыцари» и «рыцарши» как раз выстраивались для начала ритуального шествия под предводительством бывшего канцлера казначейства, а ныне уэст-уайкомбского помещика Фрэнсиса Дэшвуда. К нему-то и направлялся первый лорд за советом: ведь скромный «рыцарь» Дэшвуд имел за плечами три десятка лет шпионской деятельности, в том числе при дворе русской императрицы Елизаветы.
Надев маску и зажегши свечу,
Дэшвуд