Библиотека

Чесменский бой стр. 4

Размер шрифта
-
+
Тема

бессонных адмиральских ночах. Завидев Свиридова, Мордвинов жестом подозвал его к себе и без всяких вступлений принялся чинить обстоятельный допрос о состоянии Кронштадтской эскадры.

Еще неделю назад участвовал граф Иван Чернышев в секретном совещании по поводу разрыва отношений с Высокой Портой. Помимо Чернышева и его брата Захара, на нем присутствовали императрица, Григорий Орлов да вице-канцлер князь Голицын. На совещании было решено, что необходимо создавать сильную флотилию на Дону и Азовском море. Иван Чернышев задачи будущей флотилии резюмировал так:

– Для завоевания моря Азовского, а затем для нападения на Керчь с Таманью и овладения оными. Дабы зунд Черного моря получить в свои руки, а тогда уже пойдем до самого царьградского канала и устья дунайского!

На должность командующего флотилией имелось два достойных кандидата – адмиралы Спиридов и Сенявин*. Первый из них знал Дон и Азовское море как свои пять пальцев, воевал в тех местах ранее изрядно. Второй был моложе, честолюбивее, Дон тоже знал неплохо, а в делах хозяйственных мог заткнуть за пояс любого. Да и фамилия сенявинская на флоте российском всякому известна. Когда-то царь Петр говорил об отце Алексея Науме Сенявине: – Прилежание и верность превосходят1

То же теперь можно было сказать и о сыне. Против кандидатуры Спиридова категорически высказалась Екатерина, и выбор был остановлен на флагмане Кронштадтской эскадры.

– Уж коли решили ставить Сенявина на Донскую экспедицию единогласно, – подвела итог азовскому вопросу императрица, – то прошу всех вас сего ревностного флагмана снабжать всем, в чем только он может иметь нужду и надобность. Затем слово взял дотоле молчавший Григорий Орлов:

– Есть у нас с братом Алексеем задумка необычайная! Ежели нам отряд корабельный к Геллеспонту отрядить в виде вояжа, чтобы турок пугнуть хорошенько диверсиею да эллинов на восстание против османов поднять. Но боюсь, не доплывут флотские, перетонут дорогой.

К мысли своей, высказанной в этот день впервые вслух, фаворит пришел давно, бывая по делам службы в конторе опекунства иностранцев и беседуя там с выходцами из Греции. О том же писал ему находившийся в Италии Алексей Орлов, главный автор этого проекта. Екатерина вздохнула:

– Тут, друг мой, думать крепко надо, чтоб перед всем миром не осрамиться! Сие есть дерзкая политическая акция, доселе неслыханная! Так ли Иван Григорьевич? Чернышев, застигнутый врасплох, заявил честно:

– Матушка, ничего не могу сказать тебе сейчас. Вот соберу адмиралов, обмыслим мы все, тогда и доложу по всей форме и расчету, а без оного сие просто авантюр будет.

Императрица помолчала, затем подняла на Чернышева свои голубые, близорукие глаза:

– Проделывали ведь мы вояж фрегата «Надежда Благополучия» до брегов италийских весьма удачно, но целый флот посылать дело иное. Вопрос сей надобно всем нам обмыслить государственно. Мы должны взвесить все до мелочей!*

Совещание продолжалось, и чем дольше члены высокого совета говорили, тем больше обнаруживалось, что о Греции и о самих греках они не имеют практически никакого представления. Невероятно, но это исторический факт.

Вице-канцлер князь Голицын, напряженно морща лоб, вспомнил, что греки по вере своей есть православные христиане. А сама императрица после некоторого раздумья припомнила древнюю Спарту:

– Сии греки – потомки воинственных спартанцев, и доблесть оных должна быть им присуща…

Повторно совет по «греческому проекту» Григория Орлова собрался спустя неделю.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.