Чесменский гром стр. 387
нынче всякое промедление смерти подобно!
— Видимо, так угодно судьбе, что пыл наших воинов иссяк, как вода в песке! — хмуро отвечали друзские князья.
— Мои матросы пойдут впереди! Я сам возглавлю атаку! — уговаривал их Кожухов.
— Нам стыдно, но что мы можем! — качал головой старший из князей.
«Князь в том извинялся...» — гласит исторический документ.
— Хорошо! — махнул рукой капитан. — В таком случае, мы продолжим осаду сами!
Была середина июня, стояла жара. По склонам гор вовсю цвели маквис и гаррига. Последние отряды друзов — джихадов — уходили по горным тропам...
— Эх! Нам бы батальон пехоты российской, мы б до захода солнышка реляцию победную писали! — высказывал в горести Ивану Войновичу Кожухов.
— А сил-то у нас кот наплакал, да и сикурсу ждать неоткуда, — соглашался тот. — Что делать — ума не приложу!
И все же выход Кожухов нашел: он перерезал городской водопровод. В Бейруте, где вода всегда была в большой цене, сразу же начался ропот. Положение осажденных усугубляла жара. Продержавшись еще пару суток, Чезар-бей прислал парламентеров. Те передали, что бей готов сдать город, но, боясь бесчинств со стороны греков и славонов, требует убрать десант на суда.
Морские офицеры собрались на совет.
— Бею
бейрутскому веры у нас ни на грош! — посоветовавшись, решили они. — Но выхода иного у нас нету!
В течение следующего дня все семь десантных сотен взошли на палубы шебек и фелюг. Вскоре по покинутому лагерю лишь одиноко бродили бородатые козлы да курдючные овцы. Тогда же явилась к Кожухову и друзская депутация.
— Князья наши передают вашей милости, что им удалось собрать воинов. Не позднее завтрашнего рассвета они спустятся с гор! — заявили депутаты.
— Что ж, — вздохнул с облегчением капитан 2-го ранга, — значит, есть еще Господь в их душах!
А тут и от бея бейрутского известие подоспело. Писал он на бумаге хрусткой, что отказывается нынче от всех обещаний своих и желает показать вскорости, сколь страшен гнев мусульманина правоверного. Кожухов бумажицу ту порвал да за борт в набежавшую волну выбросил.
— Будем все начинать сызнова! — только и сказал.
Поутру вновь русские моряки засыпали турецкий гарнизон тучей ядер. Сошел на берег и десант, обманами турецкими разъяренный. А тут и друзы с гор спустились...
В отчаянии предпринял было Чезар-бей одну за другой две вылазки. Но оба раза был отброшен с большим уроном. Тогда бей мятежный запросил мира всерьез. Вскоре Михаил Кожухов подписал акт капитуляции полной. Турки оставили город, вслед за ними в Бейрут вступили русские моряки. Во главе — капитан и георгиевский кавалер Кожухов, который взял город под свою охрану.
«Российские флаги на крепостях поставил», — отметил историк.
А через некоторое время состоялась торжественная передача бейрутской цитадели друзам. Значение взятия Бейрута было огромно. Отныне Сирия заявляла о своем окончательном выходе из состава Высокой Порты. «Летучая» эскадра Кожухова нанесла неприятелю удар, равный по силе при Чесме и Кагуле...
— Нам, россиянам, чужого не надобно! — заявил, прощаясь с друзскими вождями, боевой капитан 2-го ранга. — Живите в мире и согласии да поминайте нас добрым словом!
В шканечном журнале флагманского фрегата