Честь и лукавство стр. 2
меня, что мне вряд ли представится еще один шанс изменить свою жизнь в лучшую сторону.
– Все молодые красавцы сейчас – повесы и моты, они ищут богатых невест и не посмотрят на тебя с серьезными намерениями, будь ты хоть первой красавицей Англии, – говаривала она, – а граф Дэшвилл еще силен и крепок, да и весьма недурен собой.
– А мне кажется, ты подходишь ему значительно больше. Из вас вышла бы прекрасная пара. Ты бы меняла ему грелки и укутывала пледом в холодные зимние вечера, а он вспоминал свою ушедшую юность, – обычно отвечала я.
– Ах, будь я лет на сорок моложе, да с моим теперешним умом, уж я бы не капризничала и сразу поняла, в чем состоит мое счастье!
– Вот именно, тетя, вы и сами признаете, что с молодым умом не совершили бы подобную глупость, это преступление против молодости и любви!
Такие споры велись у нас уже не первый месяц с тех пор, как тете показалось, будто граф особенно выделяет меня.
Мы познакомились с ним полгода назад на благотворительной лотерее в пользу монастырского приюта. Тетя очень любила детей, и, хотя и не могла помогать сиротам сама, изобретала всяческие способы выжать деньги из богатых сердобольных дам.
Граф появился на мероприятии в качестве сопровождающего одной из
таких дам. Было заметно, что он попал сюда случайно и немного растерян, очутившись среди приютских детей и монахинь, однако тут же взял себя в руки и с благородством джентльмена сделал большое пожертвование.
Монахини пришли в восторг, а тетя сразу же была очарована графом. Мне тоже пришлось изобразить восхищение, и граф немедленно пожелал мне представиться и попросил разрешения нанести нам визит. На следующий же день он явился к нам, приведя весь дом в смятение и вызвав на наших лицах краску стыда за скудость нашего жилища. Однако граф являлся настоящим джентльменом, он и виду не подал, что удивлен или недоволен, и пригласил нас в свою ложу в театр. Посещение театра – редкое удовольствие для нашей семьи, и отказаться было просто невозможно.
С этих пор граф Дэшвилл стал частым гостем в нашем доме и на благотворительных мероприятиях тетушки. Одно из таких мероприятий он даже разрешил провести у себя. Его дом был великолепен – настоящий старинный дворец, куда его семья выезжала отдохнуть от лондонского шума, в то же время не слишком удаляясь от столицы, ибо наш городок располагался всего лишь в семнадцати милях от нее.
Граф вел себя очень любезно и доброжелательно, общался все больше с тетей, для которой стал истинным другом. Они принадлежали к одному поколению, имели много общих знакомых и всегда находили, о чем побеседовать. Так как граф неплохо разбирался в современной жизни, был очень начитан и обладал талантом рассказчика, его общество доставляло удовольствие моей матушке и тете, да и у меня не вызывало отвращения.
Однажды он пригласил нас на рождественский бал в свой дворец. Это был великолепный прием, хотя моим мечтам о танцах и не довелось исполниться. Публика в доме графа была большей частью почтенного возраста, кавалеры предпочитали дремать в креслах, а не выделывать антраша, и после двух жалких вальсов экзекуция для них закончилась. Зато буфеты восхищали изысканностью тортов и пирожных,