Честь Родины стр. 3
Ярославович пробежал ее глазами.
«Князь, — писал Биргер. — Я стою уже на земле твоей. Ратоборствуй, если посмеешь».
— Слушай, господине вольный Новгород! — крикнул князь. — Враг уже на нашей земле!.. Нас немного, но, сила не в числе, а в правде.
— Все как один пойдем за тобой! — загудело вече. — Веди нас!..
— Будем ли просить помощи из других городов? — спросил Александр Ярославович.
— Сами одолеем! — отвечала площадь.
Александр Ярославович указал послу на гудящее море голов:
— Вот… Иди и передай Биргеру все, что видишь и слышишь.
Новгородцы шли лесными дорогами, чтобы не попасть в засаду. Впереди ехала дружина и шли боярские полки. За ними шагала, вооруженная пиками, топорами и дрекольем, пешая рать из ремесленников и крестьян, поднявшихся на защиту родной земли.
Шли быстро. Пельгусий ехал впереди, указывая путь. Александр Ярославович ехал рядом с ним.
По дороге присоединились отряды ладожан. Он спешили на помощь Новгороду. Хотя их было немного, но все же это была подмога.
Новгородская рать подошла к устью реки Ижоры впадающей в Неву. Было раннее утро. В лесу перекликались птицы. Высланные вперед лазутчики донесли, что шведы стоят лагерем в ложбине, выставив по краям обступающего ложбину леса свои дозоры.
Александр Ярославович остановил рать, раздели полки, чтобы напасть на шведов с разных сторон. Передовой полк под начальством Сбыслава Якуновича должен был ударить в середину вражеского войска. Другой конный полк, Ратмира, — с левого фланга. Ладожане — с правого. Гаврило Олексич, лучший витязь с отборными воинами, — отрезать шведов от кораблей. Кожевнику Мише с отрядом охотников было поручено подойти со стороны реки к шведским судам и поджечь их.
Всем ратникам приказано было идти тихо, не звенеть оружием.
Пельгусий вместе с лазутчиками вызвался снять дозорных. Осторожно пробираясь меж кустов, он по полз к опушке леса. Лазутчики следовали за ним.
Шведский лагерь еще спал в раскинутых палатках не ожидая нападения. Кое-где пылали костры. Люди у костров дремали, завернувшись в широкие плащи.
Еле слышно продвигаясь, Пельгусий подкрался к первому дозорному и оглянулся. Лазутчики подползали к остальным.
Пельгусий хрустнул веткой. По этому знаку лазутчики бросились на дозорных.
Пельгусий ударил часового мечом.
Потом бросился к следующему. Огромного роста швед отбивался мечом от наседавших на него двух русских разведчиков.
Схватив лежавшее на земле копье, Пельгусий метнул его в шведа. Копье, со свистом разрезав воздух, вонзилось в руку. Швед выронил меч, и разведчики тут же зарубили его.
У ближайшего к дозорным костра проснулся один из воинов и поглядел на опушку. Но там уже все было кончено. Короткий, еле слышный шум борьбы сменился тишиной.
Подходившие к лагерю головные отряды
Новгородцев с нетерпением ждали условного сигнала.
— Почто медлит Пельгусий? — сказал Сбыслав Якунович. — Уж не ударить ли нам не выжидая?
Но Александр Ярославович отрицательно махнул рукой.
Вдруг в лесу защебетали птицы: одна, другая, третья. Это лазутчики извещали, что перебили дозорных.
Тотчас передовой полк Сбыслава Якуновича ворвался в середину лагеря, рубя не успевших взяться за оружие шведов.
Другой конный полк, Ратмира, ударил с левого фланга, пробиваясь к центру, где стояла палатка Биргера с золотым верхом.
Шведы пытались объединиться, построиться в боевой порядок. Но новгородцы наседали и расстраивали их ряды. Битва перешла в рукопашную схватку.
Только на правом