Четверо под одной обложкой стр. 75
нужно к площади Пушкина.
— Тогда не могу, я в парк еду.
— Но я вас очень прошу… Я опаздываю!
— Да не могу я. И потом карбюратор барахлит…
— Что же, совсем нельзя ехать?
— Ехать-то можно, но, говорю же, карбюратор плохой. А карбюратор связан с форсункой, форсунка — с маховиком, маховик — с передачей, а передача-то — со счетчиком. Понял?
— Нет, не понял.
— Ну как же! Карбюратор барахлит, форсунка форсит, маховик вращается, счетчик нагревается. Счетчик нагревается — стекло запотевает. Стекло запотевает — цифры плохо видать! Тебе кажется — рубль, а на самом деле — два! Понял?
— Я заплачу два!
— Понял. Куда поедем?
— К
площади Пушкина.
— Тогда вообще без счетчика!..
И вот они встретились. Вот по аллее.
За руки взявшись, шагают рядом.
И вечер становится словно светлее
От их шагов, их улыбок и взглядов,
Куда пойти — им известно давно!
Они, конечно, идут в кино!
— Пожалуйста, два билета на девять часов.
— На девять все билеты проданы.
— Но вот же у вас лежат…
— Это не билеты. Это бронь!
— Дайте бронь!
— Бронь не могу. Дам вам — другим не достанется.
— Но ведь если дадите другим, не достанется мне!
— Поэтому бронь никому и не продадим!
— Ну пожалуйста, я вас очень-очень прошу!
— Что это значит: «очень-очень». Уж не собираетесь вы дать мне взятку?!!
— Ну что вы… Я об этом даже и не подумал.
— Так вот отойдите и подумайте!
В кино не попали. Ну что ж, не беда!
Не сидеть в переполненном зале!
Фильм-то, наверное, ерунда!
Нет, хорошо, что билетов не взяли!..
Смотри, вот кафе! Заходи и сиди!
К тому же поужинать не мешало бы!
Над входом в кафе сияют огни
Плакат освещая: «Добро пожаловать!»…
— Скажите, мы можем сесть за этот стол?
— Простите, он не обслуживается.
— А этот стол обслуживается?
— Этот?.. Обслуживается. Но он, простите, занят.
— А этот стол не занят?
— Не занят. Но это и не стол. Это, простите, модерновый стул!
— Но вот это-то стол?
— Стол.
— Можно сесть?
— Нельзя.
— Почему?
— Этот стол не для еды. На нем наши обязательства лежат!
— Но позвольте, вон там только сейчас посадили людей и обслуживают!
— Обслуживают. Но это не люди. Это иностранцы!
— Так что же, в вашем кафе и поужинать нельзя?!
— Можно. (На ухо.) Приходите утром — и поужинаете!..
И вот по аллее бредут они снова.
Он ее ласково обнял за плечи.
Конечно, грустно! Но, честное слово,
Им все-таки трудно испортить вечер!
Ведь так хорошо на скамейке вдвоем,
Вдали от глаз, вдали от шума,
Сидеть, говорить о чем-то своем
Или молчать, ни о чем не думая.
— Так, молодые люди, распущенностью занимаемся?
— Что это значит? Кто вы такой?
— Я дежурный по парку!
— Это всё равно это не дает вам права шпионить за людьми!
— Я не шпионю, молодой человек, я на окладе! А вы безобразничаете, целуетесь на виду у всех!!
— На каком виду? Здесь никого нет!!
— Как это — никого? Да за вами только дружинников одних человек шесть наблюдают, не считая сторожей!
— Что же, я не могу спокойно встретиться с девушкой?
— Пожалуйста! Берите свою девушку и ведите ее на «чертово колесо» или идите еще куда подальше!.. Короче, идите отсюда, молодые люди! У меня еще вон