Библиотека

Четвертый позвонок, или Мошенник поневоле стр. 310

Размер шрифта
-
+
Тема

Одни люди живут и учатся, другие – только живут. Исаак Риверс относился к последней категории. Жизнь его представляла собою по большей части гладкую равнину, где редко встречались большие подъемы и спуски. Он видел, что земля достается оптимистам, и потому сам тоже стремился быть оптимистом.

Вопреки всему.

Время подходило к десяти, и в спальне Нью-Йорка готовились к ночной жизни. Исаак с минуту глядел в окно, на улицу, где лился бесконечный человеческий поток; потом зевнул во весь рот, бросил томный взгляд на постель и начал медленно раздеваться. Вдруг у входа послышался робкий стук. Исаак подумал: открывать или нет? Он за этот вечер уже отдал четыре доллара на различные благотворительные цели: на покупку спасательного круга для Ист-Риверского моста; на ликвидацию неграмотности в южных штатах; на создание пенсионного фонда артистам кино и цирка, побывавшим на корейской войне, и на покупку бейсбольных принадлежностей для американской колонии в Пакистане. Исаак чувствовал, что на сегодня он уже выполнил свой гражданский долг, и потому решил не отворять. Но через минуту стук возобновился, и одновременно зазвонил звонок. Исаак очень неохотно подошел к дверям, приготовив на всякий случай монету в полдоллара. Он осторожно приоткрыл дверь и выглянул. У порога стоял Джерри Финн – его дорогой ассистент, из которого в два

счета вышла американская знаменитость. Паганини Нового света, открыватель новых путей в музыке и зачинатель всенародного движения, человек, ради предоставления американского гражданства которому некий конгрессмен, любитель музыки, предложил внести особую поправку в действующие законы.

Оба друга на мгновение замерли, едва не потеряв сознания от нахлынувших чувств. Наконец Джерри бросился в распростертые объятия своего опекуна и тихо проговорил:

– Исаак… Ты дал мне свое поручительство…

– В котором ты больше не нуждаешься, – сказал хиропрактик и немного ослабил свои тиски, охватившие музыканта. – Пойдем мой мальчик, выпьем по маленькой.

Джерри был угрюм и бледен, подавлен и молчалив. Но Исаак верил, что все это было вызвано большой радостью и болью их новой встречи.

– Я уж боялся, что ты позабыл меня, – сказал хиропрактик, наливая своему бывшему помощнику бокал, чтобы выпить с ним за встречу. – Ну, брат, как тебе нравится жизнь теперь, после стольких успехов и почестей?

Джерри выжал из своего лица насильную улыбку, какие можно видеть в богадельнях, и ответил печально:

– Исаак, как по-твоему, мог бы получиться из меня хиропрактик?

– Из тебя! Из тебя может получиться все что угодно. Ты самый талантливый человек в мире, и я горжусь тем, что ты был когда-то моим коллегой.

– Спасибо, Исаак, – сказал Джерри растроганно. – А теперь я снова пришел проситься к тебе на службу.

– Ты ведь уже сделал карьеру – и совершенно блестящую.

Джерри хотел что-то сказать, но губы его точно оцепенели, и мысли замерзли. Его инициатива погибла, и для этого даже не понадобилось обсуждения в государственном комитете. Доктор Риверс был удивлен, но потом подумал, что причина неразговорчивости Джерри кроется в его знаменитости. Да, конечно, ведь он уже так знаменит, что ему пора носить черные очки.

– Ты это серьезно? Ты в самом деле хотел бы снова стать моим напарником?

– Хотел бы, – ответил Джерри медленно, словно жених во время венчания.

– Каждый умеет играть на гребешке, но хиропрактикой заниматься способны только немногие…

– Только избранные, –

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.