Чингисхан. Пядь земли стр. 22
фруктовое вино – это в честь успешного заключения сделки. Тебе не понравились фаршированные сони?
– Слишком уж необычное блюдо, – ответил Эйрих. – Попробую как-нибудь в другой раз.
В прошлом, в бытность нищим бедолагой Темучжином, ему доводилось есть барсуков и, иногда, сурков, но это точно не от хорошей жизни. А тут, когда есть нормальная еда, есть что-то, похожее на белку – это не то, к чему он хотел бы стремиться.
«Оставлю крыс римлянам», – мысленно усмехнулся он.
– Многое теряешь, – произнёс Соломон. – Раз уж мы договорились, может, поделишься, как ты собрался уничтожать асдингов?
– Лучше я покажу это в деле, а Русс расскажет вам подробно, со стороны опытного воина, – улыбнулся Эйрих.
– Что ж, тогда буду ждать новостей, – ответил ему Соломон улыбкой.
/14 июля 408 года нашей эры, Восточная Римская империя, диоцез Фракия, г. Филиппополь/
– Сорок серебряных монет за вот эту кольчугу?! – возмущённо воскликнул Иоанн. – Да ей красная цена тридцать, если не меньше!
Кольчуга, на взгляд Эйриха, была хороша: юбка её доходила до середины бедра,
– Либо бери, либо иди искать, где продадут дешевле, – устало произнёс торговец, представившийся Афением.
Лысый и морщинистый, он символизировал вселенскую усталость от необходимости каждый день слышать одно и то же от приходящих людей. Возможно, Феомах даже не десятитысячный возмущённый ценами в этой лавке.
– Мы берём, – вступил в разговор Эйрих. – Это хорошая кольчуга.
– Вот и хорошо, – кивнул Афений. – Сколько надо?
– Всё, что есть, – ответил Эйрих.
– В табуле написано, что я могу продать тебе не больше четырёхсот комплектов, – поднял со стола дощечку торговец. – И четыреста комплектов придётся собирать целую декаду.
– Давай все четыреста, если они такие же, как эта, – решил Эйрих. – Шлемы, щиты, топоры и копья?
– Шлемы – всё, что видишь за моей спиной, – махнул рукой Афений. – Щиты, топоры и копья – ищи у других торговцев, я занимаюсь только бронёй.
– Четыреста шлемов, вот таких, – Эйрих указал на висящий на стене стальной шлем, – возможно?
Шлем блестел полированной сталью, имел два больших нащёчника, полностью закрывающих голову сбоку, а спереди имелся глубокий наносник с дугами над глазницами. Сталь скреплялась бронзовыми заклёпками, держащими каркас единым куском. Выглядит шлем просто и надёжно, что и требуется.
– Возможно, – кивнул торговец. – В табуле так и написано. Займёт ту же декаду.
– Будут точно такими же? – уточнил Эйрих.
– Будут, – едва улыбнулся торговец. – Через декаду заберёте. Половина суммы вперёд.
– Годится, – согласился Эйрих. – Давай скрепим всё это письменным договором.
– Но ты же варвар! – удивился Афений.
– Варвар варвару рознь, – усмехнулся Эйрих. – Есть знакомые юристы?
– Я кликну Пробуса, – ответил отошедший от удивления торговец.
Спустя полчаса, после скрепления письменного договора, обязывающего Эйриха оставить предоплату в виде восьми тысяч силикв, что являлось четвертью его походной казны, а Афения поставить по четыреста шлемов и доспехов указанного качества, Эйрих покинул лавку и направился искать торговцев оружием.
Римские доспехи, как ни крути, лучше готских. Деревенские кузнецы, даже именитые мастера, прибывшие в деревню в поисках больших заказов, нехотя признавали, что лучше римских доспехов в этом мире не сыщешь. Римские кольчуги прочнее, шлемы крепче, а мечи дольше держат заточку. Именно поэтому Эйрих решил не пожалеть денег и снабдить всех своих воинов римскими доспехами, щитами и оружием – так будет надёжнее.
Иоанн Феомах отлучился по каким-то своим