Чингисхан. Пядь земли стр. 50
повсюду.
– Алариха разбили при Полленции, – сообщил Флавий Антемий. – Это было шесть лет назад.
– Об этом я слышал, – сказал Эйрих. – Но там всё было не так однозначно.
– Однозначно, – покачал головой консул. – Стилихон захватил лагерь визиготов, со всей добычей, и даже семью Алариха. Если это не победа, то что?
– Только когда войско врага окончательно сокрушено и рассеяно, а хоругви его попраны – только тогда можно объявлять о том, что ты его разбил, – ответил на это Эйрих. – Но Аларих…
– … был вынужден заключить договор со Стилихоном, – прервал его консул, – принуждающий Алариха покинуть Италию и вернуться на наши земли.
– Об этом я тоже слышал, – кивнул Эйрих. – Но затем случилась битва при Вероне.
– И Алариха снова разбили, – усмехнулся Флавий Антемий. – И снова он заключил договор, но уже на более строгих условиях: он должен был вторгнуться на наши земли, вместе с войсками Стилихона, чтобы забрать у нас Восточный Иллирик. Но их «блестящий план» разрушил Радагайс, о котором ты тоже мог слышать.
– Этот человек известен в наших краях, – произнёс Эйрих. – И чем всё закончилось?
– Пока что не закончилось, но скоро завершится, – ответил консул. – Положение Стилихона при дворе Флавия Гонория ухудшилось, его подозревают в измене, ходят слухи, что он хочет усадить на императорский трон своего сына. Император Флавий Аркадий обеспокоен, он не хочет, чтобы создавались новые прецеденты узурпации императорской власти…
– Что сейчас делает Аларих? – спросил Эйрих.
– По самым свежим сведениям с запада, он занял провинцию Норик, подвергнув её разграблению, – ответил консул, задумчиво погладив чисто выбритый подбородок. – А ещё он выставил условие Гонорию: если ему не выплатят четыре тысячи фунтов золота, он вторгнется в Италию, предав её огню и мечу.
– Как думаешь, согласится? – поинтересовался Эйрих.
– Не знаю, – пожал плечами Флавий Антемий. – Я, окажись на месте Стилихона, был бы склонен согласиться. Хотя… Зная вероломство Алариха, всё же, крепко бы задумался.
– Понимаю, – усмехнулся Эйрих. – У Стилихона, как я понимаю, есть некая связь с Аларихом, ведь не просто же так он раз за разом пытается с ним договориться?
– Может быть, – произнёс консул. – Но тебе не надо об этом думать. А следует тебе думать о том, чтобы разбить Алариха, Стилихона, а затем пройтись по Италии огнём и мечом.
«Видимо, ему очень нравится эта фраза „огнём и мечом“, раз он уже дважды её произнёс», – посетила Эйриха отвлечённая мысль. – «Но как же быть? Слишком уж сомнительно всё это выглядит…»
Альвомир, уставший стоять, заскрипел кольчугой и расселся прямо на полу. Но два собеседника никак не отреагировали на довольно резкие звуки.
– А если я не захочу сжигать Италию? – спросил Эйрих вслух.
– Решать тебе, – равнодушно ответил Антемий. – Мне важны только две вещи: чтобы Аларих не вернулся в Иллирик, и чтобы Стилихона с Гонорием больше не существовало. Но если вас хватит только на то, чтобы доставить им лишние хлопоты, я удовольствуюсь и этим.
Позиция консула была прояснена до конца и Эйрих принял её. Не такая уж он крупная персона, если смотреть из глаз Флавия Антемия, чтобы что-то скрывать от него или как-то хитрить. У Эйриха и остготского народа появилась конкретная функция, которую они должны исполнить, а затем пусть делают, что хотят. Опрометчиво так сразу списывать их с абака, потому