Член палаты Мильтоун стр. 1
John Galsworthy
«THE PATRICIAN»
© ИП Воробьёв В.А.
© ООО ИД «СОЮЗ»
Глава I
Первые лучи утреннего солнца, ворвавшиеся в огромную, высокую комнату, – такую высокую, что ее сводчатый потолок нельзя было хорошенько рассмотреть при таком освещении, – точно с холодным любопытством скользили по ее стенам, заглядывали во все ее углы. Действительно, они могли открыть много интересного в странном убранстве этой комнаты, напоминавшем исторический музей.
Тут, в этой громадной столовой, одной из красивейших в Англии, были собраны все трофеи и старинные документы владельцев замка, доказывающие древнее происхождение семьи Карадоков. Кругом этой залы были сделаны новые пристройки, отреставрированы старые строения, но монументальная столовая замка Монкленд Коурта осталась в прежнем виде и сохранила в неприкосновенности свой старинный полу-монастырский характер. Однако, беспристрастные лучи утреннего солнца обнаруживали следы разрушения на всех этих предметах, составляющих гордость семьи Карадоков, как будто указывали те перемены, которые произошли в жизни владельцев замка.
Скользнув по строгим рисункам старинных ковров, обоев, мебели и по монументальному камину, луч солнца осветил потом современные предметы, попавшие в эту историческую залу, точно намеренно подчеркивая контраст настоящего с великим прошлым, отличавшимся аскетизмом и словно порицающим современных графов и графинь Карадоков за их уступки духу времени.
Часы проходили, но огромная столовая оставалась безмолвной и пустынной, пока солнце не взошло достаточно высоко и не осветило всей комнаты. Тогда только явились первые посетители. Это были три девушки, румяные, веселые и болтливые, с щетками в руках, энергично принявшиеся за работу. Затем пришли два лакея. Они постояли молча несколько мгновений, как бы обозревая комнату, и наконец, принялись накрывать на стол. Наконец, в дверь заглянула еще одна посетительница, маленькая девочка лет шести, в платье с широким кушаком и в переднике. Это была Энн Шроптон, дочь сэра Вилльяма Шроптона и леди Агаты, единственной замужней дочери лорда Валлейса из семьи Карадоков.
Маленькая Энн пришла посмотреть, нет ли чего-нибудь интересного в столовой. Это был ее обычный утренний визит. Девочка поднялась на цыпочки, надеясь что-нибудь высмотреть. У нее было круглое, маленькое личико с большими темными глазами газели, весело и открыто смотрящими на окружающий мир, и маленький, вздернутый носик, придающий ее личику какое-то особенно задорное выражение.
– Вон там сидит шмель, Вилльям, – обратилась она к лакею. Как вы думаете, не могу ли я приручить его, если посажу в свою стеклянную коробочку?
– Нет, я этого не думаю, мисс Энн. Берегитесь, он может вас укусить.
– Он меня не укусит.
– А почему?
– Потому что не укусит!
– Конечно… если вы так говорите.
– К которому часу заказан автомобиль? – вдруг спросила она.
– К девяти.
– Ну, так я поеду с дедушкой до заставы.
– А если он вас не возьмет.
– Но я все равно поеду.
– Конечно.
– Как вы думаете, Вилльям, будет дядя Евстафий выбран в парламент?
– Конечно.
– Как вы думаете, будет он хорошим членом парламента?
– Лорд Мильтоун очень умен, мисс Энн.
– Разве?
– А вы разве этого не находите, мисс Энн?
– И Чарльз тоже так думает?
– Спросите его.
– Вилльям!
– Что угодно?
– Я терпеть не могу Лондон. Я люблю этот дом, люблю Каттон и наш дом, люблю Пендридни и люблю Равентэм.
– Его сиятельство заедет в Равентэм по дороге, как я слышал.
– О, так он увидит прабабушку! Вилльям!..
– Вот мисс