Библиотека

Чтиво стр. 210

Размер шрифта
-
+
Тема

принимали его за песчаную отмель. Он начал влиять на приливы и отливы. Органические вещества, укрывшие его грудь, преобразовались в плодородную почву. К животу его прибило кокос, из которого выросла пальма. Альбатрос обронил семена. Из них пробились полевые цветы.

Переменившийся ветер подогнал его, средоточие трепетной и пышной жизни, ближе к берегу, откуда он виделся огромной, приветственно вскинутой рукой. Первыми его заметили рыбаки. Пошла молва о его природной красоте. Геологи спорили, как его обозначить. Казалось, ему хорошо там, где он есть. Предприимчивая компания организовала экскурсионные туры. Во избежание губительных последствий туристический десант ограничивали: за раз не более двадцати персон. От него остались одни глаза, что смотрели изо всех уголков этой суши, сотворенной из многих слоев, живых и мертвых. Туристы смотрели ему в глаза, вопрошая: это он? И получали ответ: да, он. Тогда они расстилали одеяла и устраивали пикник. Загорали на его берегу. Дети строили песочные замки и плескались на его мелководье. Проплывали стаи резвящихся дельфинов. Всем было хорошо.

112Mercado хорошо вписался в облик приземистой, сонной, морем просоленной деревни. Утром он оживал еще затемно — рыбаки сгружали ведра с копошившимися кальмарами и ветхие мешки с креветками. К половине шестого подъезжали продуктовые фургоны, и к девяти весь улов, кроме дрянной мелочи, уже разбирали. Далеко за полдень народ восставал от сиесты: разморенные выпивкой мужики зевали, полногрудые женщины шугали полуголых ребятишек с удивительными лицами древних индейцев, мальчишки гоняли изодранный свистящий futbol, пока сладкий запах тушеной свинины не утягивал их домой.

В широкополой соломенной шляпе Пфефферкорн шел вдоль рядов, выбирая помидоры. Он уже не стеснялся торговаться из-за пары песо. На рынке торг был не просто уместен, а желанен — так танец освежает докуку флирта. Продавец взвесил шесть спелых томатов, отобранных Пфефферкорном, и объявил, что покупка тянет на одиннадцать килограммов. Esridiculo, ответил Пфефферкорн. В истории сельского хозяйства еще не было случая, чтобы полдюжины помидоров имели подобный вес. Он пригрозил, что пожалуется алькальду и падре, но, если что, прибегнет к помощи своего мачете (которого не было), а затем рубящим движением впечатал деньги в прилавок, категорически отказавшись прибавить хотя бы сентаво. Такие покупатели, заныл продавец, его разорят, ведь он и так сделал скидку паршивому гринго, который смеет разговаривать с ним в подобном тоне. Совершив еще по паре словесных выпадов, Пфефферкорн и продавец сошлись на вчерашней цене и ударили по рукам.

Наступало Рождество, улицы были полны следов посады. С пакетами провизии Пфефферкорн зашел на почту, исполнявшую также функции канализационного коллектора, санэпидстанции и конторы «Вестерн Юнион». Единственный служитель менял табличку на двери в зависимости от того, кто и зачем пришел. Завидев Пфефферкорна, он сменил ALCANTARILLADOS на CORREOS и порылся в груде бандеролей, раскачав хромой стол, отчего пластмассовые фигурки зверей и волхвов, собранные в рождественскую картину, исполнили групповой танец.

— Вчера доставили… У вас голова не болит?.. Распишитесь… спасибо.

К приходу бандероли Пфефферкорн уже забывал содержание заказа, но тем слаще было вскрыть коричневый пакет и от самого себя получить сюрприз. Оттягивая удовольствие, он прошелся по avenida. Посидел на zocalo, где старики кормили птиц. У женщины в полосатом пончо, расцветкой напоминавшем телевизионную таблицу, купил сезонное лакомство — оладьи, пропитанные пальмовым сиропом. Отведал. Будто мул лягнул в живот.

С

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.