Библиотека

Что было, то было. На Шаболовке, в ту осень... стр. 324

Размер шрифта
-
+
Тема

Владимировна.

— Ладно, — согласился Гришка. Кровь медленно отступала от его лица, оно постепенно становилось прежним — смугловатым, с четко обозначенными скулами, обтянутыми сухой кожей. — Деньги давай.

— Деньги, деньги, — запричитала Раиса Владимировна. — Ты, черт паршивый, воруешь их и еще спрашиваешь.

Гришка снова покраснел. Стараясь не глядеть на девчонок, направился к матери. Раиса Владимировна отошла от окна. Пока Гришка ждал мать, мы молчали. Мы уже давно привыкли к выходкам бывшей лавочницы. Ее выходки воспринимались нами как нечто обыденное, без чего не может обойтись наш двор.

Я глядел на сутулую Гришкину спину, на острые лопатки, выпирающие из-под рубахи, порванной на плече и зашитой грубыми, неумелыми стежками. Я жалел Гришку, потому что его жизнь казалась мне очень тяжелой, совсем не похожей на мою жизнь. Взглянул на Галку и увидел: она тоже жалеет этого парня.

Раиса Владимировна отсчитала деньги.

— Я скоро, — сказал нам Гришка и направился в булочную, которая находилась на другой стороне улицы, чуть наискосок от нашего двора.

Насвистывая, мимо нас прошагал с фибровым чемоданчиком Витька. Обернувшись на ходу, подмигнул мне и бросил:

— Как дела, родственничек?

— Иди, иди, — погнала его Лида.

— Иду, иду! — весело откликнулся Витька и снова подмигнул мне.

Прошло еще несколько минут, и с улицы послышались переборы гармошки.

— Верин муж идет, — сообщил я.

Лида удивилась.

— Он утром гармошку пошел покупать, — объяснил я, — сам слышал.

Дядя Ваня был под мухой, но самую малость. На его лице блуждала довольная улыбка, — из-под картуза выбивалась липкая прядь. Шел он расслабленной походкой, растягивая сверкающую лаком гармонь. Остановившись посреди двора, дядя Ваня рванул гармонь и выкрикнул:

Меня маменька родила

Под кусточком в полюшке,

Приневолила скитаться

По чужой сторонушке.

В окнах появились лица. Вера сбежала вперевалочку с крыльца, улыбнулась мужу:

— Купил?

Дядя Ваня продолжал играть, гоняя пальцы по клавишам. Его глаза были затуманены, лоб покрывала испарина.

— Страдания сыграй, — попросила Вера. — Соскучилась.

Дядя Ваня скосил на нее глаза, сыграл короткое вступление и проговорил приятным баритоном, слегка растягивая слова:

Хорошо траву косить,

Которая зеленая,

Хорошо девку любить,

Которая смышленая.

Вера выхватила из-под рукава батистовый платочек, взмахнула им, прошлась мелкими шажочками с пятки на носок, задорно ответила:

Хорошо дрова рубить,

Которые березовы.

Хорошо ребят любить,

Которые тверезые.

Дядя Ваня усмехнулся, пошевелил белесыми бровями, обвел взглядом окна и проговорил речитативом:

Раздвинься, народ.

Моя сударыня идет.

Она хочет поплясать,

Всем манеры показать.

Вера потопталась, покачивая бедрами.

А это что за гармонь?

А это что за баян?

А это что за парнишка

Хорошо играет нам?

Дядя Ваня придал лицу выражение скуки и, не глядя на Веру, пожаловался:

Я не сам, она сама

Скамеечку поставила.

Я не сам, она сама

Любить меня заставила.

Вера рассмеялась и ответила:

Сероглазый, ваши речи

С первой встречи поняла.

Ваши речи с первой встречи

На любовь перевела.

Дядя Ваня скривил рот, рванул гармонь и отбарабанил:

Чего стоишь, чего глядишь,

Чего ты добиваешься?

Все равно любить не буду,

А ты набиваешься.

Вера закусила губу, скользнула взглядом по окнам и пропела с лукавым видом:

Мы с миленком больно хитры,

Друг на дружку не глядим,

При народе ходим боком,

Без народа — посидим.

Дядя Ваня похлопал глазами. Не найдя подходящей припевки, пробормотал с обескураженным видом:

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.