Чудовище Лабиринта стр. 17
нарушила закон. Меня закуют в цепи, будут бить кнутом и отрубят голову…
Блейд примостился рядом с ней на ковре.
— Ничего такого не случится, я же сказал, что не позволю тебя обижать. А сейчас лежи спокойно, слушай внимательно и постарайся представить себе…
— Я ничего не понимаю, — всхлипнула Вэлли. — Я сошла с ума. О, Белые боги, помилуйте меня!
Блейд снова погладил ее руку.
— Послушай, милая… Я пришел издалека, из страны, о которой тут, в Зире, никогда не слыхали. Я — взрослый человек, и должен был появиться здесь в своем настоящем обличье. Однако произошло несчастье… чары злобного колдуна, понимаешь ли… и я превратился в ребенка. Но сила колдовства иссякла, и через месяц я снова стану нормальным человеком. До того времени ты нужна мне, Вэлли, очень нужна. Я нуждаюсь в твоей защите и в сведениях об этой земле. Сделай это для меня, и когда ко мне вернется сила — а разум я никогда не терял — ты не прогадаешь. Обещаю! Все, что ты захочешь, будет твоим — только попроси.
Вэлли перестала дрожать, приоткрыла глаза и взглянула на Блейда.
— Значит, ты демон? Мудрец? Волшебник?
Блейд засмеялся.
— Нет, никто из них, или все сразу, если хочешь. Но пока думай обо мне, как о взрослом человеке в теле ребенка. Через месяц я снова вырасту и наберусь сил. Нам надо протянуть только месяц, и я должен пережить его. За это время мы можем составить план, придумать, чем я смогу помочь тебе и себе. А теперь… ты все еще боишься? Или начинаешь понимать меня?
Вэлли поднялась с пола, взяла руку Блейда, крепко прижала к своей груди и посмотрела ему в глаза
— Я ничего не понимаю, но больше не боюсь, — шепнула она. — Я верю своим глазам и ушам… Если ты утверждаешь, что такие вещи возможны, значит, так оно и есть.
— Тогда возьми меня на руки, — строго велел Блейд, — но больше не качай. И сюсюкать со мной тоже не надо. Выслушай меня и ответь на мои вопросы.
Вэлли подняла его и, шагнув к дивану, по привычке поднесла к губам Блейда свою обнаженную грудь. Это вовсе не показалось страннику неприятным, но в данную минуту он не испытывал желания сосать молоко. Такой пищи ему было уже недостаточно, по правде говоря, он не отказался бы от хорошо прожаренного бифштекса.
Вэлли отодвинула Блейда от груди и долго смотрела ему в лицо. Наконец, вздохнув, она сказала:
— Я начинаю верить, что не сплю. Твои глаза… это… это… глаза взрослого человека…
Внезапно Блейд почувствовал, как что-то изменилось в
ней — чуть иной стала улыбка, глаза сузились и милое личико стало лукавым. С некоторым удивлением странник вспомнил, что его кормилице, вероятно, еще нет двадцати, — она была всего лишь молодой женщиной, почти девчонкой.
— Ты дал мне обещание, — напомнила Вэлли. — Если останешься в живых и твои планы сбудутся, я получу все, о чем попрошу, так?
— Конечно, Я обещаю!
Она прижала его лицо к своим теплым упругим грудям и шепнула:
— Смогу ли я иметь ребенка, как ты думаешь? Моего собственного настоящего ребенка?
Блейд думал о другом. С ним происходило нечто странное — он почти физически ощущал, как крепнут и вытягиваются его члены.