Библиотека

Чудовище во мраке стр. 269

Размер шрифта
-
+
Тема

я повернулся к Хэккету. Он уже встал со стула и наступал на меня. Стрелять мне, однако, не пришлось. Он попятился назад, довольно нехотя, к столу, за которым сидел только что.

– Прочь от стола, Хэккет! Сядь-ка от него подальше, вон там, рядом с матерью.

Он пересек комнату, прислонился спиной к полному собранию сочинений Диккенса, затем сел на высокий трехступенчатый табурет в углу, словно истукан. Миссис

Марбург постояла, словно еще желая оказать мне сопротивление, но в конце концов опять опустилась в кресло.

Я сел на стул, на котором минутой раньше сидел ее сын, и включил магнитофон. Записывающая аппаратура Флейшера, очевидно, включалась автоматически, реагируя на любые шумы: звук шел непрерывно без длительных перерывов и пауз.

Вслед за пением Лорел послышались булькающие звуки, по которым можно было определить, что она наливает себе выпить, затем – еще более длительное бульканье, свидетельствующее о том, что она решила выпить.

Она напевала песенку на свои собственные слова с припевом «Дэви-Дэви-Дэви».

Открылась дверь ее квартиры, и вошел сам Дэви.

– Здравствуйте, Лорел.

– Называй меня мамой.

– Это будет неправильно. Э-э, не надо меня целовать.

– Я имею на это право. Разве я не отношусь к тебе, как мать?

– В последнее время – да. Иногда я спрашиваю себя, почему.

– Потому что я и есть твоя мать. Руку даю на отсечение!

– А может, голову?

Она вскрикнула «Ах!», словно он нанес ей удар кулаком.

– Нехорошо так говорить. Я не имею никакого отношения к убийству твоего отца.

– Но вы знаете, кто убил его на самом деле.

– Я же сказала тебе вчера вечером, что это был молодой человек, бородатый битник.

– В те годы битников еще не было, – с упрямым недоверием возразил ей Дэви.

– Называй его, как хочешь, но он был именно такой.

– А кто это был?

Поколебавшись, она ответила:

– Я не знаю.

– Тогда почему вы покрывали его?

– Я не покрывала.

– Неправда. Вы заявили Флейшеру и на допросах, что погибший – не мой отец. А мне сказали, что отец. Либо вы лгали им тогда, либо лжете мне сейчас. Так когда же и кому именно?

Лорел сказала тихим голосом:

– Не надо со мной так, Дэви. Я не лгала ни тогда, ни теперь. Человек, которого задавило поездом...

Миссис Марбург застонала так громко, что я не расслышал конца фразы. Она начала говорить, и я выключил магнитофон.

– Мне что, так и придется сидеть здесь всю ночь и слушать эту сентиментальную тягомотину?

– Это – семейные записи, – возразил я, – они полны трогательной ностальгии по прошлому. Ваш внук и его мать мирно беседуют о том, что случилось с вашим сыном.

Разве вы не хотите узнать, что с ним случилось?

– Чепуха! У меня только один сын.

Она повернулась к Хэккету, сидящему в углу, и оскалила зубы, что, вероятно, должно было означать материнскую улыбку. Он неловко заерзал при виде такого проявления материнских чувств. Потом опять заговорил, тщательно подбирая слова:

– Нет смысла притворяться, мать. О Джаспере он легко может узнать. Думаю, что уже узнал. Я также думаю, что мне пора во всем

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.