Чувство льда стр. 564
хотелось накормить его повкуснее, но она понимала, что перед ответственными соревнованиями каждый лишний грамм набранного веса может обернуться катастрофой, поэтому умерила кулинарный пыл, зато завалила всю квартиру фруктами.
В этот день Нана радовалась всему: и тому, что Никита дома, и тому, что убийца Кати найден и можно больше не подозревать братьев Филановских, и тому, что Любовь Григорьевна совершенно неожиданно отозвала свое поручение найти автора подметных писем, потому что сама решила проблему. Ну, сама – так сама, головной боли меньше. И даже хмурой промозглой погоде Нана Ким радовалась – до того ей было хорошо!
Вечером пришел Антон, и Никита сразу втянул его в обсуждение только что показанного по телевизору боевика. Когда мальчика, не без труда, отправили спать, Антон стал собираться: Нана позволяла ему оставаться на ночь только тогда, когда сын уезжал.
– Не уходи, – попросила она.
– А Никита?
– Не уходи, – повторила Нана.
У нее было такое чувство, как будто она готовится выполнить прыжок, но не уверена, что сможет правильно приземлиться. Лед ненадежен, он может не принять конек так, как нужно, и она или «сядет» на зубец или на заднюю треть лезвия, или вообще не сможет сохранить равновесие на опорной ноге и упадет. Но пока что она еще разгоняется, еще выполняет подход к прыжку, и до момента толчка есть время, и можно передумать и не прыгать…
– Тоша, тебе не приходило в голову, что на мне можно жениться?
– Это можно кому-то конкретному или в принципе? – уточнил Антон.
– Конкретно – тебе. Или тебе такая идея кажется неконструктивной?
Все. Она выполнила толчок и взлетела в воздух. Пути назад нет. Сможет ли она приземлиться?
– По-моему, она всегда казалась неконструктивной именно тебе, – возразил Тодоров. – Ты же всегда стеснялась наших отношений, скрывала их. Я не делал тебе предложение, потому что не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко, ведь тебе пришлось бы мне отказывать, да еще и объяснять, что ты меня стесняешься. А что, тебя обижает, что я не пытаюсь на тебе жениться?
Обижает? Господи, ну что он такое говорит! Нана с самого начала сделала все для того, чтобы ему и в голову не приходило, что их отношения могут закончиться бракосочетанием. Она была не настолько цинична, чтобы выходить замуж без любви, а любила она Александра Филановского, а вовсе не Антона Тодорова. По крайней мере, она до последнего времени была в этом уверена. Хорошо, что вовремя опомнилась.
– Прости меня, Тоша, – она обняла Антона и прижалась к нему, – я была такой дурой, такой непроходимой, дремучей дурой… Я даже не понимала, как сильно люблю тебя. Я больше ничего ни от кого не буду скрывать. Хочешь, я завтра же напишу заявление и уволюсь из издательства, пойду работать в другое место. Хочешь?
– Зачем? – удивился Антон.
– Чтобы ты не был моим подчиненным.
– Да я и так на тебе женюсь, – рассмеялся он. – К чему такие жертвы?
Она разгруппировалась, уверенно коснулась льда передней третью лезвия и легко и красиво выполнила выезд. Она стряхнула с себя наваждение, имя которому – Александр Филановский, и к ней снова вернулось чувство льда.
Февраль – июль 2006 г.