Чувство жизни. 30-дневная программа, которая вернет управление реальностью стр. 232
вице-президент.
– Антонио, после того как видео закончится, мне нужно, чтобы ты потянул время и развлек публику, – сказал мне исполнительный продюсер.
Несмотря на то что это было не первое мое родео, он все равно застал меня врасплох. Я сталкивался с подобными вещами на телевидении, но не во время публичных выступлений. На телевидении всегда можно включить рекламу, а здесь такое не прокатит.
– Как долго мне нужно тянуть время? – спросил я.
Продюсер посмотрел мне прямо в глаза, как врач, сообщающий пациенту плохие новости, в потом вздохнул и сказал:
– Как можно дольше.
Обычно подобное не являлось проблемой. Но это было одно из немногих мероприятий, на которых я не выступал с часовым докладом. Моя работа включала в себя обязанности ведущего, чтение телесуфлера, объявление ораторов, интервьюирование почетных гостей и предоставление логистической информации. По сути, я отключил часть в своем мозгу, отвечающую за произношение речей. А теперь мне нужно было тянуть время как можно дольше.
Я посмотрел на исполнительного продюсера и сказал со всей возможной уверенностью:
– Понял!
Когда я развернулся и двинулся обратно к занавесу, чтобы оказаться на сцене перед пятью тысячами людей без всякого плана, то подумал: «Что, черт возьми, я собираюсь делать?»
Я собирался выйти за пределы и испытать то, что называю «моментом красного света».
Момент красного светаВо время моей телевизионной карьеры я часто оказывался в телестудии, стоя на кресте, отмеченном на полу черной лентой, и на меня светил яркий свет.
Меня окружала съемочная группа, а иногда и студийная публика. Также на меня были нацелены большие телекамеры.
Режиссер говорил достаточно громко, чтобы все могли услышать:
– Выходим в эфир через пять секунд.
В моем сознании билась мысль: «Ух ты, через пять секунд я буду в прямом эфире, и миллионы людей увидят его по всей стране».
– Пять, четыре… – начинал режиссер обратный отсчет.
Затем будто кто-то нажимал на кнопку, и мой разум мгновенно переключался в режим страха. Миллионы людей. О нет. Это же очень много. Я медленно начинал паниковать. Я переходил от воодушевления к тревоге.
– Три… два… один, – продолжал режиссер и указывал на меня.
Над камерой загорался красный свет. Мы – в прямом эфире. Это был сигнал для меня: пора прочитать слова с телесуфлера или произнести строки, которые я выучил.
Но вместо этого я замирал. В те моменты я ощущал себя оленем в свете фар. Я чувствовал, как аудитория студии и производственный персонал смотрят на меня с выражением «О нет!» во взглядах. И я понимал, что должен сделать выбор: лететь или упасть лицом в грязь на глазах у миллионов.
В начале своей карьеры я регулярно испытывал всепоглощающую панику. И когда я начинал публичные выступления на сцене перед толпой из сотен или тысяч людей, я испытывал то же самое.
Такие моменты «красного света» дают нам шанс принять решение, которое может изменить нашу жизнь и укрепить уверенность. Мы сталкиваемся с выбором: действовать или не действовать, делать ставку на себя или нет. Мы ступаем на новую территорию и серьезно рискуем, но именно тогда мы сами создаем удачу и набираем обороты.
Скорее всего, вы тоже переживали моменты «красного света». В начале своей жизни мы сталкиваемся с множеством подобных ситуаций, например, когда: