Чужие стр. 136
небо. Взревели двигатели, и ускорение вдавило пассажиров в кресла. На этот раз было не до комфортного, неторопливого подъема на орбиту – Бишоп старался как можно быстрее увести корабль с этой гибельной планеты. Перегрузки были чрезвычайно велики, но Рипли мысленно умоляла Бишопа увеличивать скорость.
Синева атмосферы сменилась чернотой космического пространства, а оставшиеся внизу облака ярко осветились снизу. Потом гигантский шар раскаленных добела газов прорвался через тропосферу. Термоядерный взрыв лишь встряхнул шаттл, не причинив ему никакого вреда. Рипли и Ньют, уставившись в иллюминатор, смотрели, как далеко позади быстро затухает ослепительно яркая вспышка. И тут Ньют тихо заплакала.
– Все в порядке, малышка. Мы вырвались. Все кончено, – успокаивала девочку Рипли.
Впереди, на стационарной орбите, в ожидании прибытия своего крохотного отпрыска висела неуклюжая громада «Сулако». По команде Бишопа шаттл подошел к грузовому отсеку. Мощные захваты подцепили его и внесли в отсек. Наружный люк закрылся. Предупредительные огни осветили пустое помещение, сирена умолкла. Отсек заполнялся воздухом, а вентиляторы охлаждали раскаленные двигатели.
Рипли опустилась на колени перед Хиксом. Тот был без сознания. Она вопросительно посмотрела на стоявшего рядом Бишопа.
– Я сделал ему еще один обезболивающий укол, – объяснил андроид. – Он говорил, что это необязательно, но не очень возражал. Странная эта штука, боль. Но еще более странным мне кажется стремление некоторых людей делать вид, что они не ощущают боли. Как тут не порадоваться, что ты андроид, а не человек.
– Следует перенести Хикса в лазарет «Сулако», – поднимаясь, сказала Рипли. – Берите его за плечи, а я возьму за ноги.
Бишоп улыбнулся.
– Лучше как можно меньше его беспокоить. К тому же вы очень устали. Сознаюсь, я тоже устал. Проще перевезти его на носилках.
Немного поколебавшись, Рипли еще раз взглянула на Хикса и согласно кивнула.
Взяв на руки Ньют, Рипли направилась к уже выдвинувшемуся трапу. Бишоп последовал за ними. Достать моторизованные носилки было делом нескольких минут.
– Я очень сожалею, если невольно напугал вас, когда вы вышли на посадочную площадку и увидели, что она пуста, – сказал по пути Бишоп. – Я боялся, что мы лишимся корабля, если останемся там. Было проще парить на небольшом удалении от станции. К тому же ближе к поверхности ветер не так силен. Я установил на площадке монитор и постоянно следил за выходом, так что точно знал, когда вы появитесь.
Они дошли до середины трапа. Рипли остановилась, положила руку на плечо андроида и серьезно заглянула ему в глаза.
– Вы все сделали отлично, Бишоп.
– Что ж, благодарю за высокую оценку, я… – Бишоп осекся – на трап рядом с его ботинком упала капля воды.
Должно быть, на обшивке шаттла конденсировалась влага.
Однако капля зашипела и начала растворять металл трапа. Кислота!
Что-то острое и блестящее вырвалось из груди Бишопа, забрызгав Рипли белесоватой внутренней жидкостью андроида. Гигантское жало чудовищной матки ударило Бишопу в спину и пробило его насквозь. Андроид дернулся, издал нечленораздельный механический звук и ухватился обеими руками за выступавший из груди конец жала, которое медленно отрывало его от трапа.
Оказывается, матка укрывалась в одной из ниш для посадочных опор, закрытых щитами заподлицо с обшивкой корабля. Теперь щиты были отогнуты или сорваны. Матка затаилась и не подавала признаков жизни до тех пор, пока шаттл не оказался