Библиотека

Чужое терзанье стр. 2

Размер шрифта
-
+
Тема

часов, будешь потом искать трупы. Не отыщешь их в первые шесть часов, будешь потом искать трупы.

Инспектора Дона Меррика терзала эта полицейская мантра о пропавших детях. Он-то, опираясь на свой предыдущий опыт, считал, что тут и шестнадцати часов будет мало. Родители Тима Голдинга тоже считали — каждую из минут, все дальше уносивших их от последнего мига, когда они видели сына. Меррик старался не думать о том, что сейчас с ними творится: он сам был отцом и хорошо представлял ту внезапную вспышку гнева, маскирующую приступ невероятного ужаса, которую испытываешь при виде вернувшегося чада; помнил леденящий холод под ложечкой, если ребенок вдруг, не предупредив, исчезает; если его нет там, где он должен быть. Обычно этот лед тает спустя несколько мгновений после того, как ребенок появляется вновь, живой и невредимый, и весело смеется над родительской паникой. Тем не менее где-то в глубине, в костном мозге, этот ужас остается навсегда.

Но иногда облегчение не наступает. Иногда кошмар длится и длится. Меррик знал, что боль будет терзать супругов Голдинг, Аластера и Шелли, пока его группа не разыщет их сына. Живого или мертвого. Знал еще и потому, что стал свидетелем этой муки в жизни Джерри и Пам Лефевр — их сын Гай числился пропавшим вот уже

больше пятнадцати месяцев. Полицейские обшарили канал, обошли все парки и пустыри в радиусе двух миль, но никаких следов Гая не обнаружили.

Меррик принимал участие в том расследовании, и вот теперь ему поручили дело Тима Голдинга. Профессиональный опыт позволил обнаружить очевидные совпадения между двумя случаями, да и интуиция подсказывала: тот, кто похитил Гая Лефевра, завладел теперь второй жертвой.

Инспектор оперся локтями о крышу своего автомобиля и осмотрел в бинокль длинную дугу железнодорожного откоса. Все свободные сотрудники были там, прочесывали невысокую траву в поисках каких-либо следов восьмилетнего мальчика, пропавшего накануне вечером. Тим с двумя своими друзьями играл в какую-то замысловатую игру, где фигурировал супергерой, которого, как смутно припомнил Меррик, совсем недавно обожали и его собственные сыновья. Друзей Тима позвали матери, а Тим решил пройти по насыпи и посмотреть на грузовые составы, возившие строительный камень из карьера, расположенного на окраине города.

Две женщины — одна направлялась к автобусной остановке, другая поиграть в бинго — припомнили, что вроде видели его канареечно-желтую футболку с надписью «Брэдфилд Виктория»: она мелькала между деревьями, которые растут на верху крутого откоса, спускающегося вниз к путям. Было это приблизительно без двадцати восемь. Больше мальчишку никто не видел.

Его лицо уже отпечаталось в памяти Меррика. Школьное фото, похожее на миллион других, но инспектор узнал бы в какой угодно толпе песочные волосы Тима, открытую улыбку и голубые глаза, прищурившиеся за очками, — как у Гарри Поттера. Так же, как узнал бы и Гая Лефевра. Волнистые каштановые волосы, карие глаза, россыпь веснушек на носу и щеках. Высокий для своих семи лет. В последний раз его видели, когда он шагал к опушке Даунтаун-парка, примерно в трех милях от того места, где сейчас находился Меррик. Тогда был сырой весенний вечер, около семи часов. Гай попросил у матери разрешения погулять еще полчаса. Он отыскивал птичьи гнезда и с увлечением отмечал их на схематическом плане этой скудной рощицы.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.