Цветочный переполох стр. 29
корицей и яблоками. Ты пекла отличные пирожки. И мне всегда хотелось оставаться у тебя как можно дольше. В тепле и уюте.
— В твоем доме тоже неплохо, — тихо прошептала она. — До сих пор помню запах ароматизированных свечей. Но не будем об этом…
Они вошли. Эрика направилась в кухню. Открыла шкафчик.
— Посвети сюда, пожалуйста.
Девушка вытащила пакетики с растворимым шоколадом, какую-то коробку и бутылку ликера.
— Ты прямо не можешь без шоколада. Вот сластена.
Эрика пропустила его слова мимо ушей. Она поспешила в ванную. Нужно взять туалетные принадлежности.
Бац, что-то упало.
— Ой! Ну где же твой фонарик? Я потеряла зубную щетку. Главный предмет гигиены. — Она улыбнулась в темноте. Встала. — Дай фонарик мне. На минутку. И подожди здесь.
— Я что, должен торчать в ванной?
— Пройди в коридор.
— Хорошо. Слушаюсь и повинуюсь.
Через минуту Эрика появилась с большой хозяйственной сумкой.
— Теперь я готова полностью.
— Собралась, как на необитаемый остров. Набила баул до отказа. Предусмотрительная женщина. — Гэннон усмехнулся.
— Жизнь многому меня научила. Ко всему нужно подходить серьезно.
Они двинулись к выходу. Неожиданно Эллиотт резко обернулся, и она наткнулась на него.
— Послушай, а может останемся здесь?
Он увидел, как блеснули в темноте ее глаза. У него внутри что-то вспыхнуло.
— Брось ты эти сумки, — Гэннон просунул руку ей под волосы и прижался губами к ее губам.
Мягкое дыхание молодой женщины раздувало огонь страсти. Гэннон почувствовал невероятное возбуждение.
От его поцелуя можно было сойти с ума. У Эрики закружилась голова.
А Гэннон продолжал натиск. Сжимал грудь девушки, гладил ее бедра…
— Отлично, — задыхаясь, прошептала она. — Помнится, ты намекал, что я сама брошусь в твои объятия.
Гэннон напрягся:
— Разве этого не случилось? Ты же прижимаешься ко мне сейчас. Могу поклясться, сама хочешь близости. Но я могу подождать…
Пауза.
— Объяснись, пожалуйста, — не выдержала Эрика. — Считаешь, что я набиваюсь?
— Дорогая, я не хочу ссориться. Лучше поехали ко мне. Там и выясним отношения. Если потребуешь соблюдать дистанцию, я так и сделаю. Обещаю.
— Разве тебе можно доверять? Уж в своей-то квартире ты точно почувствуешь себя хозяином положения.
— Буду паинькой. Даю слово. Впрочем, могу его и нарушить. Если очень попросишь.
Через час они уже поглощали вкуснейшую пиццу в квартире Гэннона.
Он сидел в своем любимом кожаном кресле со стаканчиком виски. В камине вовсю пылал огонь. Было так хорошо. Не хватало одного.
Если бы Эрика сбросила одежду, уселась к нему на колени и беспрерывно целовала бы его, вечер был бы по-настоящему сказочным.
Вместо этого девушка натянула на себя трикотажную рубашку, домашние брючки и, съев пиццу, уселась подальше от Гэннона. Снова потягивала свой любимый горячий шоколад.
— Спасибо, ты спас меня, — громко произнесла Эрика. — Я звонила домой — никаких гудков. Значит, электричество еще не подключили. В моем доме сейчас наверняка мрачно и холодно.
— Я поступил как истинный джентльмен. Не оставил девушку в беде.
Эрика встретилась с ним взглядом. Слегка покачала головой.
— Да. Придется тебя отблагодарить. Испечь, например, пирожные с орехами.
Но он не хотел никаких пирожных. Впрочем, орехи придают мужчине силу. Может, Эрика и намекает на это? Однако Гэннон и без всяких стимуляторов был отличным любовником. Еще покажет себя.
Он посмотрел на девушку. Все-таки она очень хорошенькая. Не классическая